- Хороший слуга никогда не позарится на вещь хозяина, даже если вещь сама упадет к нему в руки, - медленно проговорила я, не отрывая дерзкого взгляда от рослого седовласого ренейда, - А хороший ли слуга твоему хозяину тот, кто предал собственного хозяина? И не позарится ли он на чужое, когда твой глаз смотрит в другую сторону? Ты хотел бы это знать?
Рагнальд замер. Потом кивнул. Подумал. И еще раз кивнул. Уважительно.
- Госпожа понимать честь, - в этот раз его кивок поразительно походил на поклон.
Семена брошены, травы всходят, коса наготове...
Вскоре вернулись разведчики - тогда и случилась первая серьезная стычка между союзниками. Пока я разминала затекшие ноги, попутно незаметно заглядывая за край круто обрывающегося вниз каменного плато, среди приглушенного чужеземного говора и привычных звуков располагающихся на отдых людей и животных, я услышала чрезмерно резкие ноты. Речь Нор-Кобба была раздраженной, если не сказать больше, ему отвечал Рагнальд, но понять о чем говорят, я не могла - говорили по-ренейдски.
Крифор надменно выпрямился, гневно потряс какой-то тряпкой и махнул ею в сторону. Рагнальд лишь презрительно рассмеялся и отвернулся. И тогда Нор-Кобб не сдержался. Стремительно подскочив, он нагнал ренейда, одной рукой развернул того за плечо. Во второй руке китта оказался кинжал и Крифор демонстративно замахал лезвием перед носом противника. Но Рагнальд не испугался, а лишь нехорошо улыбнулся, одним рассчитанным движением ладони отбил кинжал и отбросил Нор-Кобба назад. Я поспешно отвернулась. Унижение Крифора видели слишком многие, я же могла пока делать вид, что остаюсь в неведении.
- Что случилось?
Недоумение на моем лице убедило Нор-Кобба, что я ничего не заметила.
- Они хотят идти по верхней дороге, глупцы.
- А что здесь странного?
- Лошади там не пройдут. В одном месте тропа сужается так, что пройти можно только человеку и только по одному. Там опасно, леди. Я предлагал идти по нижней, вон там, видите, где арка в скалах? Прошлый раз мы пошли поверху, дошли до того перевала, свернули и оказались здесь. Сейчас нам надо под арку. Другого пути нет.
- Тогда почему они настаивают?
- Разведчики донесли, что заметили там кого-то. Разглядеть не успели. Подозревают, что это дозорные киттов. Если впереди армия или хотя бы большой воинский отряд, там не пройти. Рагнальд считает, что я заманиваю их в ловушку.
- Когда я стану женой Эльяса, то первым делом избавлюсь от этих варваров в красных куртках. Их глупость и самомнение меня раздражают.
Крифор хмуро и недоверчиво покосился на меня, но ничего не сказал.
- Ты полагаешь, я не хочу быть женой Эльяса? Но я не против, Крифор. Эльяс не может быть хуже тех слизняков, которых прочат мне в мужья все эти дорры и илары. И уж точно он лучше Нетопыря, - Нор-Кобб неожиданно дернулся, а я с трудом спрятала улыбку, - Я всегда мечтала уничтожить заносчивого короля Катуара, я хотела разделаться с Маэдрином, рядом с которым Лакит выглядит таким жалким и ничтожным. А если мой брак с Эльясом этому поможет, что ж, значит, будет брак. Так что у нас с тобой одна цель, Крифор, добраться до Эльяса живыми и невредимыми. Ты получишь свою награду, я стану королевой. Возможно, ты мне пригодишься и потом, так что нам лучше держаться вместе.
Нор-Кобб был тертым калачом и не выжил бы, будь он наивным и доверчивым. Ему нужна была власть, его снедала зависть к более родовитым и богатым, он жаждал преклонения, если не за совесть, то хотя бы из страха, а боязнь, как известно, доверительности не добавляет. Нет, Нор-Кобб никому и никогда не верил, каждое слово он взвешивал и выворачивал наружу, каждый жест просеивал на сите недоверия, был осторожен, как голодный волк на охоте. И мне он не верил. Было бы странным верить тому, кого сам же похитил и кому причинил боль. Но мое поведение ставило его в тупик, озадачивало и заставляло сомневаться. Среди ренейдов он был одинок и вполне готов был принять, что полезнее считать меня союзником, чем противником. А вот это было на руку уже мне.
- Как ты думаешь, сможем ли мы добраться до Эльяса? - невинно заглядывая ему в глаза, продолжала я, - Мне показалось, ренейды не слишком жалуют чужаков, Крифор. И если ты обернешься, то заметишь, как странно они на нас смотрят, чуть не за мечи хватаются. А что если они решили, что их королевой не может быть чужеземка? Может, они решили убить меня, а тебя выставить убийцей? Я хочу выжить, Крифор, любой ценой выжить. Надеюсь, ты меня понимаешь?
Капля камень дробит. Раз за разом я повторяла одно и то же, только разными словами. Раз за разом брешь в самообладании Крифора становилась все больше. Я не старалась его переубедить. Мне вовсе не нужен был такой союзник. Но мне нужно было, чтобы в определенный момент он среагировал так, как угодно мне. Этого было бы достаточно.
Вот только время жалости не знает. День повернул к вечеру и мы по-прежнему были пленницами.
