Когда он прибыл к турмарху, того не оказалось дома, и узнав у домоправителя что Костас в замке, Моше направился туда. Через двадцать минут дружинник уже докладывал Костасу о том, что у ворот замка какой-то странный человечек на осле спрашивает разрешения встретиться с ним.
– Немедленно проведи его ко мне,– скомандовал турмарх.
– Слушаюсь, – ответил дружинник, а уже через минуту перед властным воякой Михаилом предстал прожженный караимский торгаш Моше.
– Рад видеть тебя, Гирш, – воскликнул Костас и, вскочив со стула, подошел к караиму, и крепко обнял его. Они уже были знакомы, так как Михаил часто гостил у своего друга Стефана и не раз виделся в его доме с Моше.
– Взаимно, Михаил, – проскрипел караим, аккуратно высвобождаясь из крепких объятий. – Я рад услужить Вам. Рассказывайте, что у вас тут случилось?
Сев на свое кресло и предложив присесть гостю, Костас достал бутылочку белого вина, налил в стаканы и, протянув один из них Моше, начал рассказывать обо всех своих подозрениях, наблюдениях и предчувствиях относительно Алексея Паисия. Моше внимательно слушал, слегка прищурив свои маленькие серенькие глазки, то и дело попивая налитое вино. Несколько раз он останавливал турмарха и просил рассказать поподробнее тот или иной фрагмент и когда Костас закончил, проговорил:
– Этот ваш Паисий – настоящий хитрец. Он действительно знает толк в финансах и чтобы противостоять ему, нужно иметь не дюжий ум. Однако, даже самые большие хитрецы не могут сделать все идеально чисто. Моя тактика всегда заключалась в том, что нужно приходить к большому через малое. Нужно найти какой-нибудь небольшой изъян в его работе и через него привести Паисия к большим неприятностям. Тем не менее, перед тем как принять такое серьезное сражение, да еще и на поле врага, необходимо очень тщательно подготовиться. Мне нужно получить доступ к бумагам казначейства и это должно быть тайно, чтобы враг не опередил нас раньше времени.
– Я понимаю, ты хочешь действовать как настоящий охотник, который вырыл волчью яму и тихо ждет, пока зверь сам в нее попадет.
– Примерно так, мой друг.
– Ну что ж, это можно устроить, ведь здание казначейства охраняют мои люди. Ночью я буду их убирать, и никто не помешает тебе знакомиться со всеми финансовыми документами турмы. Но помни, Моше, что все это мы делаем без ведома княжича и если он узнает о наших делах, может всякое случится. Никому не говори об этом.
– Ну, разумеется, Михаил,– успокоил его караим.
– Сегодня вечером я приду за тобой, и мы вместе отправимся в путь.
– Я буду ждать Вас в одиннадцать часов вечера у ворот дома моего брата Якова – торговца мылом.
– Договорились, до вечера.
После этого Моше спокойно вышел из зала, так же спокойно сел на своего ослика и не торопливо отправился в дом к своему брату.
Каждый вечер к нему тайно приходил Костас, и они вдвоем отправлялись в казначейство и при тусклом свете пары свечей разбирались с бумагами. Моше был уже в почтенном возрасте, но по своей прыти в деле изучения документов намного опережал Михаила. Все время жмурясь, он, тем не менее, с огромной скоростью прочитывал и перелистывал те или иные бумаги, постоянно что-то помечал себе гусиным пером на листе и аккуратно складывал изученные листы так, чтобы никто не заподозрил, что их кто-то просматривал. За этим занятием прошло два дня.
Третий день, а вернее третья ночь, секретной проверки как раз совпала со временем охоты княжича и его брата Тихона.
Александр, Дмитрий, Тихон и вся их свита вернувшись с охоты, закатили в замке настоящий пир. Убитый ими дикий вепрь был целиком зажарен на огромном костре, в котором казалось, пылало целое дерево. Вино лилось рекой и уже к одиннадцати вечера все звуки в замке стихли. Гуляки, ослабленные охотой и охмеленные вином, разбрелись по своим комнатам и уснули крепким сном.
Только когда из всех комнат доносился громкий храп, турмарх Костас надел свой темный плащ и направился к дому торговца мылом Якову. Когда он подошел к обговоренному месту, то увидел, что его спутник уже ждет его. Они по-дружески поприветствовали друг друга и направились к казначейству.
– Прости что задержался, мой друг Моше, но нужно было присмотреть, за этими выпивохами, а то они без моего присмотра могли в хмельном угаре спалить замок.
– Да, ну и молодежь нынче. Помню, я в их годы работал, не разгибая спину, а эти только и делают, что пьют да по охотам разъезжают.
– Ну, ты сравнил, себя – пройдоху-еврея и княжеских отпрысков, –сказал Костас и захохотал.
– Я не еврей, я – караим, – слегка обиженно сказал Моше.
– Да какая разница, все вы – дьявольское отродье, хоть еврей, хоть караим, одного поля ягоды. Всегда богатые, ну точно без Сатаны не обошлось – сказал Костас и снова захохотал.
Так идя и непринужденно болтая по опустевшему городу, они подошли к главной площади, где располагалось казначейство. В момент, когда они вышли из переулка, возле входной двери здания суетилась какая-то тень.
– А это кто там такой, – тихо произнес Костас, – Сейчас я его поймаю.
