К работе по изготовлению эталонов привлекли в основном угличских мастеров-серебреников, в их профессии дело постоянно приходилось иметь с точными весами и размерами. Поэтому первым делом они занялись разделением казённого московского пуда на шестнадцать с половиной частей, а потом им требовалось соорудить геометрически правильный прямоугольный сосуд для воды. В это же время стекольщики мучились над получением одинаковых запаянных трубочек для термометров, но с помощью форм и тончайшей серебряной трубочки дело пошло на лад.
Ближе к местному Новому году, пронеслась весть о возвращении угличских стрельцов. Их годовщина явно затянулась, семьи отосланных на шведский рубеж воинов страдали от полного отсутствия вестей. Когда следующим утром дощаники с возвращавшимися бойцами уткнулись у берега, город наполнился радостными криками и горестным плачем. Из ушедших почти два года назад городских стрельцов вернулись чуть менее двух третей, но много приплыло в Углич новобранцев, набранных Пузиковым в новгородских землях. Сам Данила изменился — заматерел и посуровел лицом.
На княжем дворе стрелецкого голову встретил Бакшеев. Перед самым красным крыльцом они по-мужски обнялись, и старый воин, отстранившись, осмотрел молодого и тихонько проговорил:
— Видать хлебнул лиха. —
— Не без сего, — заложив большие пальцы за пояс ответил тот.
Мне же дико хотелось услышать новостей с северных границ, и я крикнул:
— Не чинись Данила, заходи в трапезную.-
День был пятничный, постный, но для прибывшего стрельца кухонные служки расстарались вовсю.
Не успел Пузиков отхлебнуть трёх ложек с густым рыбным варевом, как его стали засыпать вопросами.
— Ну что свей, не надумал миром дело кончить? Уж почитай шестнадцатый год воюем, четвёртое перемирье, а всё никак по рубежам не дотолкуются, — начал Афанасий.
Мню, сызнова ратиться будем, — сообщил жующий голова. — Немцы своих воинских наймитов не распускают, по городкам да сёлам держат. Перемирье нынешнее пустое, они к нам кажный месяц приступали, мы их места зорили.-
— Крепко ли приступали? С яростию, али так, по господарскому велению? — интересовался рязанец.
— Зело крепко. Не единожды приходилось новые остроги оставлять, свеи их жгли, а мы опосля их ухода наново отстраивали. За каменными стенами сидеть тяжко было, а в чистом поле совсем смерть, хотя и мы их поубивали сполна, — вздохнул Данила. — Едино любо пришлось, то, что казаки стругов наделали и нам оставили. По Сайма-озеру все емьские и карельские деревеньки мы выпустошили, кого прибили, а кого на нашу сторону свезли. Как для свеев корму не стало — реже они набегать стали. А войску столько нагнали, что прям страсть. Они чюдинов так объели, что те сами на нашу сторону перебегать стали.-
— Много ль новых острожков устроили? — поинтересовался я, надо было знать, чего шведы требуют снести.
— Где Узерва из Саймо-озера выпадает — раз, — загибал пальцы Пузиков. — То мы устроили, на старице узервской, где дорога к Выборку — два, там нам тверские стрельцы да новгородцы охочие помогали. Також московские полки выстроили на устье Сестры — три, да они ж в старой свейской земляной крепостице Кивинеп, что за рекой, на дороге устраивались, то четыре. Но в сём Кивинепе не ведаю, усидели аль нет, вроде воинские немцы их оттудова сгоняли.-
— Кто у врагов в начальствующих людях? — задал очередной вопрос Бакшеев.
— Ныне прежнего наместника Фляминка сыновья, прямой — Иван, ему отроду шестнадцать лет всего, да ещё второй, Илья, тот бл… — замялся Данила, глядя на меня. — В общем от невенчанной жены, он постарше будет.-
— Как шестнадцатилетнего парня войсками поставили командовать? — моё изумление было искренним.
— Он же племянник королевны Катерины и братанич короля Жигимонта, что ж ему в подручниках что ль ходить? — в свою очередь удивился стрелецкий голова.
Я в очередной раз позабыл об этих нюансах сословного общества. Но главное в сообщении Пузикова было не то, что шведскими полками командует совсем юный парень. Основным являлось то, что шведские войска измотаны и у них нет надёжного снабжения. Решительного наступления на севере от противника ждать не приходилось. Непонятно, что происходило у нарвского рубежа, но и там местность давно разорили, что сильно ограничивало возможность военных действий. Оставалась, правда, неясной позиция Ржечи Посполитой, но про это я надеялся узнать у возвращавшегося Сулемши Пушкина.
Первые недели сентября я ломал голову над организацией обучения потешного войска. В настоящее время в нём состояло тридцать два подростка, кроме юных музыкантов, и этот отряд мной был назван взводом. Для ребят внутри кремля выстроили отдельные бревенчатые палаты, в которых впервые использовали новшество — чугунные печные задвижки и заслонки. Так же я приказал перестроить все печи в княжеских палатах, это должно было изрядно сэкономить дрова в зимнее время. Питались княжеские новобранцы из одного котла. Собираясь для еды за общим столом.
