Большую часть подземного этажа в Паркер-центре занимало отделение хранения вещественных доказательств. Были там и другие офисы, к примеру отдел розыска беглецов, но в целом тут обычно царила тишина. В длинном коридоре, застеленном желтым линолеумом, не было ни души, и Босх добрался до двустворчатых стальных дверей хранилища, не встретив больше никого из знакомых.
В управлении полиции хранились вещдоки по делам, которые не были переданы в прокуратуру. После передачи вещдоки обычно переезжали на хранение уже туда.
Собственно, это и делало отделение хранения вещдоков мемориалом висяков. За этими стальными дверями хранились вещественные доказательства по тысячам нераскрытых преступлений. Преступлений, которые так никогда и не были доведены до суда. Тут даже пахло неуспехом. Поскольку хранилище располагалось в подвале, в воздухе стоял тяжелый дух сырости, который Босх всегда считал запахом забвения и упадка. Запахом безнадежности.
Босх вошел в крохотную комнатушку, которая, по сути, представляла собой сетчатую клетку. В противоположной стене имелась еще одна дверь, однако на ней висела табличка с надписью «Посторонним вход воспрещен». В сетке были прорезаны два окошечка. Одно было закрыто, во втором полицейский в форме разгадывал кроссворд. Между окошечками висело еще одно объявление, гласившее: «Запрещается сдавать на хранение заряженное огнестрельное оружие». Полицейский вписал в клетки очередное слово и вскинул на Босха глаза. На нашивке у него на груди значилось: «Нельсон». Он внимательно изучил удостоверение Босха, так что тому тоже не пришлось представляться. Все складывалось как нельзя лучше.
— Ийе… ерон… Как оно произносится?
— Иероним.
— Иероним? Кажется, была же такая рок-группа?
— Возможно.
— Чем я могу вам помочь, Иероним из Голливудского участка?
— У меня есть один вопрос.
— Я весь внимание.
Босх выложил перед ним розовый листочек с описью вещественных доказательств:
— Я хотел взглянуть на вещдоки вот по этому делу. Оно довольно давнее. Их еще не уничтожили?
Полицейский взял листочек, взглянул на него и присвистнул при виде даты.
— Не должны были, — сказал он, записывая номер дела в журнал учета запросов. — Зачем? Мы тут ничего не выкидываем. Хотите взглянуть на вещдоки по делу Черной Орхидеи — пожалуйста. А это дело вообще пятидесятилетней с лишним давности[14]. У нас и по еще более давним делам вещдоки хранятся. Если дело не раскрыто, всё у нас здесь. — Он вскинул глаза на Босха и подмигнул: — Я сейчас. А вы пока заполните заявку.
Нельсон ручкой указал на стопку стандартных бланков заявок на столике у дальней стены и, поднявшись, исчез из окошечка. Босх услышал, как он крикнул, обращаясь к кому-то невидимому:
— Чарли! Эй, Чар-ли-и-и!
Откуда-то из недр хранилища ему в ответ прокричали что-то нечленораздельное.
— Будь другом, подежурь у окошечка! — снова закричал Нельсон. — Я отправляюсь в путешествие на «машине времени».
Босх слышал про «машину времени». Так называли тележку для гольфа, на которой сотрудники перемещались по хранилищу. Чем более давним было дело, чем дальше в прошлое оно уходило, тем дальше от окошечек хранились вещдоки. «Машину времени» использовали для того, чтобы до них добираться.
Подойдя к столику, Босх заполнил бланк запроса, потом просунул руку в окошечко и положил его поверх кроссворда. Чтобы чем-то себя занять, он принялся озираться по сторонам и заметил на дальней стене еще одну табличку: «Наркотические вещества, сданные на хранение, выдаются строго при предъявлении формы 492». Босх понятия не имел, что это за форма. Лязгнула металлическая дверь, и в клетушку вошел какой-то незнакомый ему детектив с делом в руках. Положив папку на стол, он посмотрел номер дела и принялся заполнять бланк запроса. Потом подошел к окошечку. Чарли из недр хранилища так и не появился. Через несколько минут ожидания детектив обернулся к Босху:
— У них тут вообще кто-нибудь живой есть?
— Да, один пошел искать мне коробку с вещдоками и попросил другого покараулить. Понятия не имею, где он запропастился.
— Черт.
Он громко забарабанил костяшками пальцев по столу. Через несколько минут к окошечку подошел второй полицейский в форме. Он был уже совсем в возрасте, совершенно седой и оплывший. Кожа у него была бледной, как у вампира, — видимо, от многолетней работы в подвале. Он забрал у второго детектива заполненную заявку и скрылся, и теперь они вдвоем с Босхом стали ждать. Босх заметил, что второй детектив то и дело украдкой поглядывает на него, пытаясь не выдать своего интереса.
— Вы же Босх, да? — спросил он все-таки наконец. — Из Голливуда?
Босх кивнул. Второй детектив с улыбкой протянул ему руку:
— Том Норт, Пасифик. Мы с вами незнакомы.
— Надо полагать. — Босх с кислым видом пожал протянутую руку.
— Мы с вами никогда лично не встречались, но я шесть лет проработал в Девоншире, в отделе ограблений, прежде чем перевестись в убойный в Пасифике. И знаете, кто был моим начальником?
Босх покачал головой. Он этого не знал и не хотел знать, но Норта это, похоже, не заботило.
