Он холодно попрощался с генералом, отстегнул провода, с трудом выбрался из кресла. Не выдержал, вернулся и обнял старика, все-таки он очень многим был ему обязан. Макферсон прослезился, но внешне держался достойно.
— Пора!
А когда Джон уже почти ушел за шторку, вдруг крикнул вслед:
— Сделайте это, Джон! Ради возрождения величия Америки!
Прозвучало пафосно и немного наивно.
Решительным шагом Шеридан прошел в глубину салона. Обвел строгим взглядом притихших штурмовиков, отдал команду подготовки к десантированию. Разом вскочили, принялись одевать парашюты. Лица суровые, напряженные, шуточки и подколки прекратились, как по мановению волшебной палочки Гарри Поттера. Джон не допускал вольностей в своем присутствии.
Все нужно сделать очень быстро, иначе придется собирать груз, разбросанный по пустыне на много миль. Генерал пообещал снизить скорость до минимальной, но лайнер все равно летит слишком быстро.
Ровно с этой секунды куда-то ушел страх и сомнения, организм включил «боевой режим», сердце заработало в ускоренном ритме, надпочечники выбросили порцию адреналина в кровь. Джон ощутил прилив сил и решимость выполнить задачу до конца, несмотря ни на что. Да, он по-прежнему не особо верил в успех, слишком неправдоподобную сказку поведал Макферсон, но миссию это не отменяло. Он сделает все, что в его силах, даже если суждено погибнуть.
Вперед! Без страха и сомнений.
Генерал включил сирену, замигали красные фонари, открылся десантный люк и в трюм ворвался плотный поток воздуха, раскаленного знойной пустыней. Дернулась и сдвинулась с места транспортная платформа с тюками, доползла до края трюма по роликам, сорвалась с пандуса и ушла вниз. Хлопок парашюта за шумом ветра разобрать не удалось. Следом двинулась следующая, с закрепленным на ней грузовиком. Двое штурмовиков, пристегнутые леерами к страховочным ремням, сопровождали платформу почти до самого конца пандуса. Едва она скрылась из виду среди облаков, как уже следующая подползла к распахнутому настежь люку. Через секунду и она ушла вниз.
По мере сброса груза, пространства в трюме становилось все больше и больше, на освободившееся место в два ряда выстроились штурмовики. Последняя тележка внезапно застряла, и ее пришлось слегка подтолкнуть руками; короткая заминка, вот и она отправилась в недолгий полет.
— Пошел! — что есть мочи рявкнул Джон, старательно жестикулируя. Умом он понимал, что шум ветра и рев двигателей не перекричать, но по уставу положено команду дублировать голосом. Штурмовики встрепенулись, расправили плечи, строем побежали к открытому настежь люку.
Джон прыгал последним. Он защелкнул карабин вытяжного фала на тросу и сделал еще несколько шагов по ребристой поверхности пандуса. Упругий поток воздуха подхватил его и с силой вышвырнул за борт. Обреченный лайнер резко ушел вверх, хотя на самом деле это его тело стремительно полетело вниз. Земля и небо несколько раз поменялись местами, громкий хлопок и сильный рывок, сдавивший грудь, сообщили об успешным раскрытии купола.
Джон перехватил стропы и слегка подтянулся на них, поправляя страховочные ремни, врезавшиеся в тело. Это не помогло, но все же дышать стало чуть легче. Он развернул корпус в сторону и скосил глаза вниз. Повсюду, насколько хватало обзора, были видны серые купола парашютов. Он даже не попытался их сосчитать — слишком много. Некоторые почти на самом горизонте и далеко внизу были соединены по два, по три и даже по четыре — это груз и автомобили, опускающиеся на посадочных платформах.
Ну вот, первая фаза задания выполнена.
Насколько успешно? Покажет время.
Не выдержал, все-таки оглянулся и посмотрел на стремительно удаляющийся «Боинг». Оглядываться — плохая примета. Длинный черный шлейф дыма тянулся вслед за приговоренным самолетом. Еще несколько секунд грациозного полета стальной птицы, и лайнер слегка клюнул носом, быстро теряя высоту.
Все произойдет быстро, подумал Джон, генерал исполнил долг перед страной до конца. Всего через несколько дней мы узнаем, имело ли это хоть какой-то смысл?
Он перевел взгляд вниз и невольно залюбовался местностью. После долгих лет, проведенных в бункере, любой пейзаж с высоты птичьего полета казался невероятно красивым. Безбрежная пустыня раскинулась на много миль вокруг, а вдали, почти у самого горизонта, виднелась небольшая цепь острых скал. И ни единой травинки, ни кустика, ни жалкого деревца. Даже кактусов не видно, только песок и камни. Пустыня!
Медитация оказалась недолгой, земля быстро приближалась. Джон покрепче ухватился за стропы, сгруппировался, еще секунда и… сильный удар по ногам.
Он попытался бежать, но практически сразу увяз в песке, споткнулся и упал.
— Поправился, что ли? — растеряно пробормотал вслух, — или практики давно не было?
Скорее всего, и то и другое, выпутываясь из под огромного шелкового покрывала, рассудил он. Отстегнул ранец, позволил тому упасть на песок, сделал пару шагов. В левом колене что-то подозрительно хрустнуло. Он остановился, поднял ногу и несколько раз быстро согнул. Вроде бы все в порядке, ничего не болит.
