Нащупал в темноте какой-то болт, наступил на него, добрался до приваренных технических скоб, закинул одну ногу, затем другую, взобрался на крышу. Осторожно выпрямился во весь рост, снял автомат и взял наизготовку. МАЗ слегка покачивало, но вполне терпимо, положение устойчивое. Осторожно свесившись, осмотрел один борт, затем второй. Твари не видно.
Пошел к прицепу. Сильный боковой ветер сносил пыль в сторону и поэтому вся колонна была очень хорошо видна. Множество автомобилей с зажжёнными фарами и прожекторами растянулись почти до самого горизонта. Стрельбы нигде не слышно, и это радует, не так уж и много проклятых «драконов» оказалось в стае. Добрался до края будки, крепко сжал в руках автомат, сделал еще шаг и посмотрел вниз.
Как не настраивал себя заранее, как не был уверен в своей решимости, но оскаленная пасть, появившаяся прямо перед ним второй раз за ночь, заставила невольно вздрогнуть и отшатнуться. По металлу громко царапнули когти, раздалось шипение, показался сдвоенный язык. Иваныч невольно сделал еще пару шагов назад.
Нельзя дать ему выбраться на крышу! Слишком шустрый, не успею взять на прицел, порвет. Но и стрелять вдоль колонны — это очень плохая идея.
Перехватил автомат, ударил прикладом. Варан ловко увернулся, хотя с виду казался медлительным и неповоротливым существом. Взмахнул еще раз и вновь услышал предостерегающее шипение.
— Да плевать мне на твои угрозы!
Разглядел в полумраке когти уцепившиеся за бронепластину и ударил по ним, голова ящера резко ушла вниз. Шагнул вперед, перехватывая автомат стволом вперед, посмотрел в пространство между будкой и прицепом.
Варан беспомощно висел на трех лапах, а четвертой изредка взмахивал в воздухе, ища опору.
— На тебе, тварь! Получи свое.
Иваныч нажал на спусковой крючок и автомат сильно дернулся в его руках. Варан рухнул под колеса, машину ощутимо тряхнуло и потеряв равновесие, Петр шлепнулся задницей на крышу будки. Тяжело вздохнул, вытер внезапно выступивший пот.
Все! Дело сделано. Можно возвращаться.
Михаилу не спалось. Да и как тут уснешь, если адреналин до сих зашкаливает? Эх жалко самому не довелось пострелять, очень уж хотелось лично завалить хотя бы одну ящерицу. А потом голову засушить, и с собой в Метрополию привезти, в качестве сувенира. Вот бы пацаны офигели!
Стивен с «дедом» молодцы, не оплошали, пощелкали свихнувшихся варанов, как орешки. Интересно, откуда их столько? Может быть с какой-нибудь фермы сбежали, где их на мясо разводят? Или после катастрофы у рептилий совсем не стало естественных врагов, вот и расплодились в неимоверных количествах?
Эмиссар прискакал, лично деду благодарность объявил и даже АКСУ подарил — «на всякий случай».
Старенький автомат, конечно, но еще вполне боеспособный. Так что, пригодится! До точки назначения, еще хрен его знает сколько километров пилить. Ветер поднялся нешуточный, песком метет так, что ни черта не видно, хотя уже светать должно. Как Иваныч ухитряется вести машину практически вслепую?
Не выдержал, опустил ноги со спалки, потянулся, зевнул, и перегнувшись через спинку сиденья спросил:
— Иваныч, может все-таки подменить?
Тот отмахнулся:
— Мишка, не отвлекай.
Михаил, уставившись в лобовое стекло смог различить сквозь жалюзи только габаритные огни движущейся впереди цистерны с топливом и выхваченную мощным прожектором колею. Все остальное пространство погрузилось в совершенно непроглядную желто-красно-серую мглу.
— Вот метет проклятущая, — едва слышно проворчал Иваныч себе под нос, — да еще и рация вырубилась, хрипит, шипит, а толку никакого.
Цистерна впереди поморгала «стопаками», продублировав сигнал экстренной остановки почти неразличимыми сквозь шум ветра гудками. Иваныч немедленно проделал ту же операцию и остановил МАЗ, но глушить не стал. Выходить из кабины под режущий песчаный шквал никому не хотелось. Коротким единогласным голосованием решили ждать парламентера в кабине.
Через пару минут постучали. Иваныч хотел впустить визитера, но порыв ветра невероятной силы швырнул пригоршню песка в лицо, и он поспешно захлопнул дверцу. Матюгнувшись для порядка, напялил защитные очки, отчего сразу стал похож на Эмметта Брауна из старого престарого фильма. Бандану подвязал, поднял воротник, кивнул Стивену и Мишке, чтобы отвернулись и только тогда выскользнул за дверь.
— Ты кто? Чего тебе надо? — приходилось орать во все горло, чтобы перекричать плотный свистящий поток ветра, обжигающего не хуже пламени.
— Иваныч, — голос парнишки совсем осип, лицо замотано тряпками, на глазах защитные очки в половину лица, поди еще сообрази кто это, коли морды не видать.
— Это я, Франсуа, — прокричал парень, кутаясь в рваную робу, чтобы хоть как-то укрыться от обжигающего порыва ветра, — кажется мы совсем заблудились, колонны позади нет. Иваныч, у тебя рация фурычит? Вызови «Первого» на связь.
— Ох, ерш твою итить, — заволновался Петр Иваныч, обернулся, стукнул по дверце, гаркнул во всю мочь, — Мишка!
И лишь потом ответил молодому водителю:
