Вдруг толпа расступилась, показалась колонна мужчин, вооруженных бронзовыми копьями и щитами. Они были одеты в одинаковую форму: темно-серые набедренные повязки удерживались с помощью широких ремней, на них висели бронзовые топоры и длинные ножи. Через плечи крест-накрест были накинуты кожаные перевязи, а на головах сверкали медные шлемы. Один из них подошел к разбойнику, что-то тихо сказал.
— Сэмуэль, что они обсуждают? — спросила Кэтрин, тревожно поглядывая на вооруженный отряд.
— Они тихо говорят, я расслышал только одно слово: «лугаль», это царь. Полагаю, вас хочет купить местный властитель.
Командир отряда протянул разбойнику глиняную табличку[27]. Тот отрицательно помотал головой.
— Это он ему глиняным векселем пытается заплатить, что-то вроде местной кредитки: там написано сколько кур, зерна и прочих продуктов можно получить в царском дворце, предъявив этот, так сказать, платёжный документ, — объяснил Сэм. — Но нашему продавцу обрастать хозяйством совсем неинтересно, поэтому он требует деньги.
Командир отряда подозвал другого воина с мешком и вытащил оттуда несколько серебряных колец. Он протянул их разбойнику, но тот опять отказался. Тогда командир вытащил еще столько же, и довольный продавец одобрительно закивал.
— А тебя высоко ценят, сколько серебра отвалили, — усмехнулся Эрнесто.
Но Кэтрин было не до шуток. Сейчас десять лет относительного лишения свободы казались ей раем. Будущее представлялось страшным и туманным: что ждет ее в рабстве?
Как только серебро перекочевало к разбойнику, командир воинов подошел к пленникам, каждого ткнул пальцем и жестом пригласил идти за ними.
— Друзья, поздравляю! — сказал Сэм. — Нас купили всех — «оптом», так сказать. Идем во дворец.
Дворец лугаля поражал своей идеальной прямоугольной формой. По меркам Земли Довирусной эпохи, архитектурные сооружения которой достигали четырехсот этажей, его высота была небольшая — пятьшесть уровней, но, учитывая технологии древнего Междуречья, строили его, вероятно, долго.
Дворец состоял из больших, точно подогнанных глиняных блоков и располагался на платформе высотой с человеческий рост. В ней был прорублен проём для лестницы, ведущей к главному входу. Двери, обрамленные высокими колоннами такой же прямоугольной формы, охранялись двенадцатью стражниками. Бронзовые копья в их руках и короткие мечи на поясе грозно блестели под ярким полуденным солнцем. Их застывшие фигуры с каменными лицами напоминали скорее манекенов, только капельки пота, выступившие на лбах в этот жаркий день, выдавали в них живых людей. Запрокинув голову, Михаил заметил на крыше дворца еще воинов, вооруженных луками. Эти древние снайперы пристально вглядывались в каждого, оценивая его благонадежность.
Грандиозный вид сооружения снаружи не соответствовал довольно простому убранству внутри: стены были украшены рельефами с изображениями шумерских богов и сцен из их жизни, а колонны, подпирающие свод, инкрустированы черно-белой мозаикой. Справа и слева располагались галереи с лестницами, вырубленными из камня.
Пленников привели в главный зал. Лугаль сидел на троне. Он был немолод, но и не старше пятидесяти лет. Власть подарила его голосу твердость, а строгий взгляд из-под насупленных бровей приводил в трепет поданных. Курчавая черная борода придавала его красивому лицу форму правильного прямоугольника и резко выделялась на фоне длинной белоснежной льняной туники. Серебряный пояс с золотыми застежками, усыпанный лазуритами, обхватывал талию. При виде незнакомцев лугаль привычным движением потянулся к ножнам, из которых выглядывала золотая рукоятка кинжала, украшенная искусной гравировкой.
Крепкие мускулы заиграли и проступили сквозь тонкую ткань туники, ясно говоря, что лугаль выиграл не одну битву.
Позади него стояла девушка лет пятнадцати и с интересом разглядывала незнакомцев. Ее глаза задержались на Иване, такого светловолосого юношу она прежде не встречала. Их взгляды встретились, девушка покраснела и отвела глаза.
— О, царь, пленники прибыли, — доложил командир отряда и пал ниц.
Лугаль приказал ему подняться. Командир и воины отошли на почтительное расстояние, готовые в любой момент защитить своего повелителя.
— Кто вы, добрые люди?
— Я Сэмуэль, купец. Мой товар затонул, когда наш корабль потерпел бедствие.
— Кто эта красноволосая женщина?
— Моя родственница.
— А эти? — лугаль указал на остальных.
— Михаил… он повар, Иван — его сын и подмастерье, а это Эрнесто, Анри и Вэй — мои слуги.
— Какие странные у вас имена, вы явно нездешние. Откуда вы?
— Мы из страны тысячи озер, где много еды, нет рабов и нет войн.
— Нет войн и рабов? Ну ты меня и рассмешил, — захохотал царь. — Хоть в ваших краях нет рабства, но я вас купил и отпускать не собираюсь. Зато окажу тебе большую честь — разрешу служить при моем дворце, будешь придворным шутом. Поваров — на дворцовую кухню, а этих, — он жестом указал на Анри, Эрнесто и Вэя, — на полевые работы. Женщина будет прислуживать моей дочери, — продолжил царь. — Мириам, что скажешь?