— Конечно, поэтому перемещение будем планировать ночью, — согласился с ним Михаил. — Корабль проведет в прошлом пять минут, не больше, мы с Иваном высадим вас и вернемся назад в гараж. Вы, не теряя времени, пойдете пешком к реке, она вас выведет к ковчегу. Возьмите СИС и введите геолокацию высадки, это понадобится для возвращения. В СИС еще компас есть — на всякий случай.
— Кэтрин и Сэму нужно изменить внешность, — предложил Иван, — иначе их могут узнать не только их собственные копии, но и другие люди, с которыми они сталкивались на строительстве ковчега. Кэтрин лучше не выделяться своей рыжеволосой копной и покрасить волосы в черный, а Сэму подойдет накладная борода — будут вылитые шумеры.
— Хорошая идея, Ваня, это шанс затеряться в толпе, — похвалил его Михаил. — Там вы попросите кого-нибудь вручить записку Эрнесто. Затем убедитесь, что он ее прочитал, и сразу назад. На всю операцию у вас будет три дня, ровно через трое суток мы вернемся за вами.
— Но что мы напишем в записке? — спросил Сэм. — И главное, на чём? На глине?
— Нет, на бумаге, — ответил Михаил. — Эрнесто догадается, что это послание из будущего, ведь в Древнем Шумере ее не было.
Михаил вышел из гостиной и через минуту вернулся с книгой в руках:
— Вот карандаш и книга — подарок дедушки. Он хранил их как память о бункере, в котором жил. Книга инженерная, она об автомобилях, средствах передвижения, которые в Довирусную эпоху люди использовали вместо лётных шаров. Я взял ее из дома, потому что нашел в гараже старинный автомобиль — джип. В этой книге есть информация о его устройстве и принципах управления.
Михаил открыл книгу, вырвал титульный лист:
— На первой странице информации никакой нет, только название и год издания — две тысячи двадцать четвертый. Эрнесто умный парень, сообразит, что это не шутки. А моя копия сразу поймет — послание не просто из будущего, но и от меня самого. Тем самым, возможно, я в прошлом смогу предпринять шаги, нужные нам в будущем.
Михаил сел за стол, взял дедушкин карандаш и неловкими движениями медленно принялся выводить на странице печатные буквы на планетарном: «Эрнесто, после того как океан успокоится, когда будешь на крыше ковчега, не устраивай пикник и не отпускай Кэтрин вниз одну! Ты и Кэтрин должны остаться жить с Ноем, а Сэм — вернуться в будущее. Никому не показывай эту записку, пока не окажешься на крыше ковчега».
— Вот, — Михаил протянул Сэму бумажный листок. — Дружище, я был бы рад оставить тебя с Ноем, но твою судьбу менять рискованно, существует вероятность, что ты не найдешь «Прометей» во время раскопок, а без корабля наша операция не состоится. Прости, но тебе все равно придется провести много лет в Девоне.
— Не волнуйся, Миша. Во-первых, если ты помнишь, я сам принял такое решение, во-вторых, я уже отбыл наказание.
— Сэм, а как же раскопки? Как ты объяснишь студентам свое отсутствие, когда мы на три дня отправимся к Эрнесто? — спросила Кэтрин.
— Скажу, что есть дела, связанные с древним Шумером, — ответил Сэм. — Ведь это чистая правда. Главное, чтобы Энтони за мной не увязался.
— Оставь его за главного, — предложила Кэтрин.
— Это идея! Энтони очень честолюбив, он будет польщен.
— Лот номер пятьдесят три — серебряный гарнитур: серьги, браслет, колье. Довирусная эпоха. Ручная работа. Стартовая цена тысяча кредитов! Кто больше? — громко крикнул аукционист.
Андроид, помощник аукциониста, вынес лот на обозрение покупателей. Взлетел микродрон и принялся кружить над ним, создавая голограмму в реальном времени. В середине зала возникло трехмерное изображение серебряных украшений в крупном увеличении: тонкая искусная работа мастера Довирусной эпохи заинтересовала покупателей.
— Тысяча двести! — Кэтрин подняла руку.
— Тысяча двести, женщина во втором ряду, — аукционист вытянул пластиковый молоточек в сторону Кэтрин. — Кто больше?
— Тысяча триста! — пожилой лысеющий мужчина поднял руку.
— Тысяча четыреста! — крикнула Кэтрин.
— Тысяча пятьсот! — не сдавался мужчина.
— Тысяча шестьсот! — крикнул Сэм.
Кэтрин дернула его за рукав.
— Сэм, мы так не договаривались, — шепнула она, — чем ты будешь расплачиваться? У тебя же нет столько кредиток.
— Расплачиваться будешь ты, а я поторгуюсь.
— Зачем такие сложности?
— Не спрашивай, потом объясню.
Обстановка на аукционе накалялась, лысый мужчина не собирался уступать Сэму заветный серебряный гарнитур. Но, когда цена перевалила за пять тысяч кредитов, сдался.
— Пять тысяч двести кредитов! — молоток аукциониста громко стукнул по подставке. — Продано мужчине из второго ряда!
— Поздравляю, Сэм, — пробурчала недовольная Кэтрин, — ты спустил почти все мои кредитки. Может, объяснишь, в чем дело?
— Сейчас будет перерыв, сама все поймешь. Только, пожалуйста, ничему не удивляйся, просто подыграй мне.
В перерыве лысеющий мужчина прямиком направился к Сэму. При ходьбе он переваливался, точно утка, забавно передвигая грузные ноги.