— Приветствую тебя, достопочтенный Ноах, — Михаил склонился в почтительном поклоне.
Ной поклонился в ответ.
— Как вы живете? Как скот, хозяйство? Все ли здоровы? — Михаил произнес обычное вежливое приветствие, принятое в древнем мире. В нынешние времена оно звучало бы гораздо проще и короче: «как дела».
— Семья здорова, животные тоже, еды достаточно. Море отступает, недавно посадили семена. Ожидаем богатый урожай в следующем году, — ответил Ной. — Как поживает мой друг Сэмуэль?
— Он постоянно вспоминает о тебе и о времени, проведенном на ковчеге. Вот, передал подарок для тебя и твоей семьи, — Михаил протянул Ною котомку.
Внутри оказались легкие льняные и хлопковые туники, взятые из старого бункера.
— Сэмуэль — очень внимательный друг. Нынче земли мало, всю ее засеяли под ячмень и пшеницу, лен еще не скоро посадим, а в шерсти сейчас жарко.
Ной погладил одну из туник:
— Что это за ткань? Такая тонкая, нежная?
— Это хлопок. Я бы с радостью передал тебе семена растения, из которого изготавливают эту одежду, но хлопок еще не скоро появится в этой части Земли. Прости, мы не можем вмешиваться в ход истории по любому поводу.
Ной поблагодарил Сэма и Михаила за подарок.
— Я знал, ты вернешься, строитель Михаил, — проговорил он, — эти двое только и говорят о возвращении в ваше время.
— Да, действительно, я приехал за ними. Но где же они?
— Пошли за водой, недалеко отсюда горная речушка пробила себе путь, — Ной обернулся. — А вот и они!
Кэтрин и Эрнесто, увидев Временной корабль, бросили бурдюки с водой и побежали навстречу Михаилу и Ивану.
— Капитан, Иван! — Эрнесто внимательно разглядывал их. — Вы изменились. Я думал, вы сразу вернетесь за нами. Сколько у вас времени прошло?
— Двенадцать лет.
— Ого! А у нас всего пара месяцев. Почему такая разница?
— Сэм выдвинул теорию, что континуум движется скачкáми, особенно, если пытаться принудительно изменить ход истории, как это случилось с нами.
— Капитан, я все время думаю о той бумажной записке, ведь это вы ее написали?
— Да, всего неделю назад.
— Но как вы ее отправили? С кем?
— С Кэтрин и Сэмом.
— Так вот кого я видела около ковчега! — догадалась Кэтрин. — Сэма! Конечно, его лицо показалось мне знакомым. Получается, он просил воды для своей жены, которую изображала я, только постаревшая на двенадцать лет? Постой, Михаил, а как же…
Внезапная догадка поразила Кэтрин, но она не успела договорить.
— Но как Сэм и Кэтрин вернулись в прошлое? — закончил за нее фразу Эрнесто. — Это невозможно из-за принудительной аннигиляция копий.
— Нет никакой аннигиляции. Мировое Правительство специально распространяет дезинформацию, чтобы кто попало не шлялся по временам. Может, это и оправданно. Как выяснилось, мы уже много чего натворили своими перемещениями в Шумер.
— Почему Кэтрин и Сэм попросили того мальчишку передать мне послание от вас, а не сделали это сами? — Чтобы не наткнуться на свои копии. Видите ли, аннигиляции не случится, если соблюдать дистанцию в сто метров. Если же сократить это расстояние и вступить в контакт с собой в прошлом, наступит мгновенная смерть. Другая Кэтрин уже один раз нарушила это правило. Хорошо, что Сэм вовремя это понял и не дал ей погибнуть.
— Так я теперь копия? — воскликнула Кэтрин. — Как жаль, что мне не удалось рассмотреть «оригинал» получше. Я видела ту Кэтрин издалека, заметила только, что она была брюнеткой. Зачем я в будущем сменила имидж? Мне нравится моя естественная рыжина.
А Сэм теперь носит бороду?
— Нет, изменения внешности нужны были для маскировки, — сказал Иван, — чтобы ни вы, ни другие строители ковчега их не узнали.
— Хорошо, что они не подошли тогда к Эрнесто, наверное, за двенадцать лет я уже прилично постарела?
— Что ты! — замахал руками Иван. — У тебя с этим всё в порядке. Ты теперь богатая владелица ферм с натуральной едой, следишь за собой, и у тебя есть ребенок.
— Ребенок? — Эрнесто нахмурился.
— Сын от Эрнесто, — вовремя спохватился Иван, — Кэтрин заказала его в Родильном Центре, когда вернулась из Девона.
— То есть, я была в Девоне?
— Да, с Сэмом. Целых восемь лет. Судьбы двух Кэтрин разошлись: ты осталась с Ноем, а другая Кэтрин прожила двенадцать лет совершенно другой жизнью.
— Иван, — Кэтрин распирало от любопытства, — расскажи, как мы живем с Эрнесто в будущем? Какой у нас дом? Сколько лет нашему сыну?
— Э-э-э, — протянул Иван, — ему три года, зовут его Эрни, то есть Эрнесто, дом у тебя большой, красивый.
Он прикусил губу и замолчал.
Михаил, видя замешательство Ивана, взял разговор на себя:
— Как бы это объяснить… Эрнесто, у тебя в будущем нет оригинала, ты копия. Потому что твой оригинал погиб в тот самый день, когда вы с Иваном открыли верхнее окно. Ты вывалился из него и разбился.
— Так вот почему вы написали про пикник на крыше, — сообразил Эрнесто. — Капитан, выкладывайте, зачем вы захотели меня «воскресить»? Я какое-то важное звено в цепи событий?