– Тридцать две минуты, десять секунд! – ответил компьютер.
– Нормально! Успеваем. Запускай двигатели!
– Сэр, вы запросили максимальную скорость лётного шара. При таком сильном боковом ветре, я не могу дать разрешение на полет.
– Выключить автопилот! – распорядился Робин.
– Сэр, в экстремальных погодных условиях автопилот отключить нельзя, охрана жизни пассажиров под угрозой.
– Плевать! – взревел Робин. – Запускай двигатели!
– Сэр, – невозмутимо продолжал компьютер, – вы должны взять ответственность за жизнь пассажиров на себя, подпишите, пожалуйста, эти документы.
– Давай уже быстрее свои чертовы документы! – Робин с раздражением поставил свою подпись на экране. – Почему мы еще здесь? Взлетаем!
– Да, сэр! – отрапортовал автопилот.
Шар беспощадно мотало из стороны в сторону, казалось, он вот-вот развалится, но Эрнесто старался об этом не думать. Он держал руку Кэтрин, считал ее вздохи, отмечая их по запотевшему стеклу шлема скафандра, и спрашивал, все ли нормально. Кэтрин отвечала ему глазами – моргала, когда нужно было подтвердить, что она пока еще жива.
Через полчаса они были в госпитале. Роботы подхватили ее и унесли в отделение реанимации. Они погрузили Кэтрин в реанимационную капсулу – аппарат, в котором происходит восстановление пациента практически без участия врача. Лечение проводят роботы, каждую секунду контролируя состояние больного. В капсуле содержится биологическая жидкость, которая одновременно производит все процедуры: снижает температуру тела, питает его, лечит инфекции и лучевую болезнь, а также выводит различные виды интоксикаций, например, укусы ядовитых животных и насекомых.
Робина и Эрнесто в реанимацию не пускали. Они сидели в коридоре госпиталя в ожидании доктора. Всё, что могли, они уже сделали, теперь для них предстояло самое трудное – ждать. В тяжелых скафандрах было жарко, им не хватило времени снять их, главное – донести Кэтрин.
– Робин, если Кэтрин умрет, я не знаю, что с тобой сделаю! – Эрнесто пронзил его недобрым взглядом. – Ты же знал об опасности!
– Эта шахта законсервирована… Я туда летаю каждую неделю… все было спокойно, – бессвязно бормотал Робин. – В ней давно золото-змеи не живут, мы же всё съедобное золото оттуда выгребли. Ума не приложу, откуда они там взялись?
– Но ты же не просто так дал мне лазерный пулемет?
– Да это я на всякий случай. И хорошо, что дал и себе захватил, иначе нас бы уже здесь не было.
– Все равно ты должен был нас предупредить.
– Вот я старый дурак, – причитал Робин, – зачем я только потащил девочку в шахту!
– Робин, – Эрнесто выпустил пар и немного успокоился, – Кэтрин уже не маленькая. Она крепкая, справится!
– Крепкая, – повторил Робин, – но она же копия, никто не знает, какие у них организмы.
Двери открылись, доктор вышел из отделения. Робин вскочил, кинулся к нему:
– Доктор, как она?
– Жить будет!
– А нога?
– Насчет ноги не знаю, посмотрим, этим роботы сейчас занимаются. Главное, ребенка сохранили.
– Ребенка? – спросил Робин.
– Какого ребенка? – переспросил Эрнесто.
Лицо Робина прояснилось. Он улыбался во весь рот:
– Твоего ребенка, Эрнесто. Вот и тебе подарок к Новому году! Разрази меня Галактика, я буду дедушкой!
– Хотите посмотреть? – обратился доктор к Эрнесто.
– На кого? – удивился тот.
– Я думал, я болван, но ты еще хуже, – ухмыльнулся Робин. – На ребенка, естественно!
– Конечно хочу!
– А можно мне тоже? – спросил Робин.
– Нет, по правилам госпиталя, к реанимационной капсуле может пройти только один посетитель, у нас, знаете ли, стерильность, – доктор неодобрительно покосился на их грязные скафандры. – Вы уж тут сами определитесь, кто идет.
– Давай ты, – Робин хлопнул Эрнесто по спине, скафандр крякнул, – отец!
– Вы когда-нибудь были в реанимационном отделении? – обратился доктор к Эрнесто.
Тот отрицательно покачал головой.
– Следуйте за мной, только скафандр оставьте здесь.
Они шли по длинным коридорам, через какие-то холлы, но Эрнесто ничего не замечал вокруг, ноги сами покорно брели за доктором, пока мозг был занят другим. «Ребенок! У меня будет ребенок! – эта мысль постепенно, но крепко захватывала его сознание. – Настоящий ребенок, не из пробирки, не из искусственной стеклянной матки, а натурально рождённый».
Доктор остановился перед пропускным пунктом. Медсестра-андроид просканировала пропуск и разблокировала дверь:
– Кэтрин Дуглас. Капсула восемь, проходите, пожалуйста.
Они вошли в небольшое помещение, где находились несколько непрозрачных кабин.
– Выбирайте кабинку и раздевайтесь, – распорядился доктор.
– Это еще зачем?
– Для дезинфекции, – доктор улыбнулся, увидев немного испуганные глаза Эрнесто, – это касается всех, даже меня.
Доктор проследовал в кабинку, Эрнесто зашел в другую. Включился свет, откуда-то сверху раздался голос компьютера:
– Пожалуйста, снимите всю одежду, украшения. Положите их в центр кабины.
Эрнесто выполнил просьбу компьютера. Из отверстия в потолке опустилась рука-манипулятор и забрала всю одежду наверх.
– Номер вашего ящика с одеждой – девятнадцать. Пожалуйста, запомните его, вам нужно будет назвать его на выходе.