После этих слов итальянец залпом осушил свой бокал. Гул одобрения пронесся по залу. Многие вставали со своих мест и тоже рассыпались хвалебными речами в адрес короля, Яноша Хуньяди и сербского деспота Георгия Бранковича. Раздавались громкие обещания отпраздновать новую победу уже в Адрианополе, столице османов, кто-то даже начал исполнять походные песни. Общее оживление, вызванное словами моего друга, продолжалось довольно долго. Здесь, кажется, собрались представители всех христианских государств, которые участвовали в походе. Я успел услышать речь на болгарском, венгерском, польском, немецком, сербском языках. Половину слов мне вообще не удалось разобрать, как и принадлежность их к какому-либо из известных мне диалектов.
Джакобо был явно доволен произведенным эффектом. На его лице играла лучезарная улыбка, и он вновь наполнял свой бокал, когда к нему подбежал какой-то паренек и, прошептав несколько слов на ухо, указал куда-то в центр зала. Мой приятель взглянул в ту сторону и кивнул. Когда же парень удалился, Джакобо сказал мне:
– Кажется, за тем столиком сидят мои земляки-итальянцы. Пойду поприветствую их, надеюсь, ты не будешь против?
– Нет. Иди, если хочешь.
Джакобо снова поднялся на ноги и промолвил:
– Я отойду совсем ненадолго, а ты постарайся опять не ввязаться в какую-нибудь передрягу.
Дав такое напутствие, мой друг важно оправил свой внушительный ремень с латунной пряжкой и уверенно направился к своим землякам. Для человека, выпившего изрядное количества вина, столь стремительный шаг выглядел достаточно дерзко, однако Джакобо добрался до места без существенных происшествий и был радостно встречен шумной компанией из пяти человек.
Я вернулся к своему ужину и, покончив с ним, вылил в чашу остатки вина. Однако в этот момент мое уединение было прервано – на пустовавшем месте Джакобо неожиданно появилась женщина. Лицо ее сложно было различить в слабых бликах догорающей свечи, и лишь чарующие зеленые глаза этой особы, как два изумруда, сияли в полумраке.
Несколько мгновений я пребывал в растерянности.
«Что могло понадобиться этой женщине от меня?» – пронеслось в голове. Ответ вроде бы напрашивался сам собой, но тут незнакомка нарушила молчание.
– Здравствуй, – медовым голоском пропела она. – Я уже давно наблюдаю за тобой.
– Приятно слышать, – сказал я, стараясь получше разглядеть собеседницу. – Можешь не тратить время, я сегодня не ищу спутницу.
– За кого ты меня принимаешь! – с деланным возмущением воскликнула она. – Я не какая-нибудь уличная девка!
– Тогда что тебе нужно? – спросил я, на всякий случай убирая со стола золотые и серебряные монеты, которые мой друг изволил предъявить трактирщику в доказательство своей платежеспособности.
– Ты меня заинтересовал, – пожала плечами она. – Ты не похож на других людей в этом трактире. В тебе есть что-то особенное.
– Возможно, что я еще трезв и от меня не несет чесноком, как от большинства здесь пирующих. Согласен, это делает меня более притягательным собеседником, но я не понимаю…
Я запнулся и замолчал, мне наконец удалось различить черты этой женщины. Хотя правильнее было бы назвать ее девушкой – на вид ей нельзя было дать больше двадцати лет. Аккуратно завитые каштановые локоны струились из-под капюшона, который покрывал ее голову, при этом не скрывая молодого и привлекательного лица. Пальцы незнакомки украшали два золотых перстня, а запястье обрамлял браслет с драгоценными камнями – непозволительная роскошь для обычной горожанки. Да, моя собеседница была великолепна во всем, однако ничто не могло сравниться с дивной красотой ее изумрудных глаз, которые приковывали взор.
Я запнулся и замолчал.
«Что за вздор я несу? – пронеслось в моей голове. – Эта девушка, судя по всему, из благородной и богатой семьи. Видимо, она нашла во мне человека своего круга и просто желает поговорить. Но что за странное место выбрано для знакомства?»
Незнакомка быстро заметила мое смущение и залилась смехом.
– Почему ты замолчал? – кокетливо проговорила она. – Продолжай.
Но я не мог совладать со своими чувствами и не сказал больше ни слова.
– Быть может, ты хочешь побыть в одиночестве? – спросила она, с улыбкой разглядывая мое лицо. – Но позволь я отниму у тебя совсем немного времени.
Девушка окликнула трактирщика, и тот сразу же принес нам вина. При этом, как я заметил, он обошелся без своего привычного ворчания.
– Пусть эта бутылка станет моей платой за то время, что я украду, – смеясь, объявила она.
Разве можно было возразить ей? Своим обаянием она могла обезоружить любого мужчину, и мне не довелось стать исключением. Я не сводил с нее глаз, а в голове моей то ли от выпитого, то ли от красоты, царил настоящий хаос.
Когда вино уже плескалось в наших бокалах, она произнесла:
– Возможно, тебя несколько удивляет и смущает мое поведение, но не торопись с выводами. Кто знает, может быть, наше знакомство однажды спасет тебе жизнь? Я ведь знаю о тебе уже достаточно много, Константин.
«Имя она могла услышать из нашего с Джакобо разговора, сидя неподалеку», – успокоил я себя и спросил:
