В будущем исчезли преступления. Агрессивные действия исправляет медицина. Среди добрых и миролюбивых людей Земли появился негодяй. Его жестокость была скрыта благодаря изобретенному аппарату, который защищал его хищные инстинкты. Преступник мстит гуманистическому обществу. Он создает разрушения, убивает людей, насилует девушек. Его главная страсть – мучить беззащитных людей. Его ищут лучшие криминалисты мира. Умный и беспринципный негодяй борется со специалистами, в особенности, с главным противником. В результате драматического поединка негодяй убивает своего противника, но сам попадает в ловушку низменных наслаждений. Содержит нецензурную брань.
Утром встал с головной болью. Наверно опять разлитие желчи. Вспомнил про другой день, ощутил бешеную злость. Вчера меня снова перевоспитывали. Собрались все возмущенные сотрудники Галактического Института, и до второго градуса, увещевали меня изменить поведение. Какие они все были озабоченные, как жаждали направить меня на путь истинный! Какие одухотворенные, возвышенные, святые лица! Какая доброта, терпимость и это дурацкое желание помочь мне! Можно подумать, что я без их идиотской помощи не обойдусь! Я представил себя таким же, как они, то есть чистым, целомудренным, бескорыстным агнцем, который весь погружен в какие-то заумные изыскания. Я представил, что с великой храбростью, высаживаюсь на какой-нибудь вулканической планете, сто раз ставлю на карту единственную жизнь, и привожу оттуда ничтожный образец, где зерна трития расположены иначе, чем в породах нашей обожаемой Земли. Мне захотелось швырнуть ботинком в каждого, кто со мной не согласен. Я, конечно, сдержался, поставил высокочастотный вибратор на волну раскаяния и угрызений совести, а вслух покаялся и обещал исправиться. Тогда они стали воздействовать на меня Высоким Искусством, показывать возвышенных мадонн с тошнотворными улыбками, всяких прилизанных пейзажи и довели до полного бешенства симфонией Разума, написанной еще в ХХ11веке, одно время забытую, а теперь воскрешенную впавшими в маразм патриархами нашей эры. Опять я симулировал при помощи вибратора блаженный экстаз, и меня, наконец, отпустили. Спасибо вибратору, что он уже в который раз спасает мою индивидуальность и свободу. В прежние, так называемые варварские времена всех инакомыслящих уничтожали физически: распинали, жгли, вешали, расстреливали, сажали на электрический стул, распыляли аннигилятором и тому подобное. В нашу глупую эру Высокого Разума и Братства не убивают. Все кто ведет себя не по норме проходят специальную проверку. Эта дьявольская машина ловит импульсы нашего мозга и расшифровывает их. И как бы человек не лгал, а все его потайные мысли, эмоции, желания биолятор фиксирует слово в слово. Если обнаруживаются значительные отклонения от существующих норм – это считается нарушением нормальной функции мозга. Человека отправляют на перевоспитание в Дом Мысли. Что там с ними делают, я не знаю, но выходят они оттуда жизнерадостными кретинами и страстно рвутся в самые опасные межзвездные экспедиции или же вкалывают, не разгибаясь в лабораториях.
Вибратор изобрел мой бывший друг Сан. Он был таким же кретином, что и другие и хотел создать аппарат, с помощью которого люди могли бы обмениваться мыслями без разговорной речи. Не понимаю, какая радость знать о человеке абсолютно все, да еще показывать свою подноготную, но Сан верил, что его изобретение стимулирует бурное развитие всего человечества. В то время я уже ждал вызова к Мудрейшим, а в перспективе маячил Дом Мысли. Я попросил Сана помочь мне. Он наотрез отказался и пригрозил сообщить Мудрейшим, но я его опередил: тяжелым предметом проломил ему голову, а потом распылил аннигилятором (аннигилятор я выкрал из музея, взломав его предохранительную систему). Вот так вибратор попал в мои руки. По рассказам Сана я знал, как им пользоваться. Принцип у него был простой, поэтому я легко перестроил схему. Теперь в нужный момент пульсар посылал импульс в несколько раз мощнее моего мозга, что полностью перекрывало мои настоящие мысли и, вдобавок, давало ложную информацию комиссии. Мне удалось разработать шкалу эмоций от тихой совестливости до бурного раскаяния, ну а изобразить соответствующие эмоции мимикой и жестами мне не составляло труда. О смерти Сана стало известно (я не успел отключить биологический сигнализатор опасности, который сразу же послал на спутник сигнал о его уничтожении). Подозрение в убийстве пало на меня. Я предстал перед Мудрейшими. Я нагло соврал первое пришедшее в голову. Меня легко было уличить в обмане, тем более проклятое гуманное воспитание, которое меня мучили угрызениями совести. К счастью эти дураки полностью доверились своей машине, а она, конечно, выдала мне самую блестящую характеристику. Мудрейшие тогда ничего не решили. Еще несколько раз мое поведение, а самое главное удивительная для этих духовных кастратов апатия приводила меня на разные обсуждения, но я выкручивался….
