Мы показали уже расчищенные комнаты и лестницы, крышу, вкратце описали наши планы относительно приведения Белой башни в надлежащее состояние. Фиола и Гиола, перебивая друг друга, поведали об одичавшей домашней живности и о непуганой дичи, заодно рассказали о големах-землепашцах. Судя по довольной ухмылке Ахнука, големам скоро придется приступить к работе. Напоследок мы посетили город и мне пришлось объяснять по какой причине валяющиеся тут и там кости не пригодны для создания големов. Закончив осмотр окрестностей, члены Ковена покинули нас, с ними ушла Аргела, пожелавшая забрать оставшиеся в Подземелье вещи. Поручив женам подобрать книги, я посетил логово и принес оттуда книги и несколько амулетов.
К моему возвращению, Аргела уже успела перенести свои пожитки в комнату и сидела в гостиной, беседуя с Фиолой и Гиолой. Разговор явно интересный, пожалуй, стоит посидеть рядышком и послушать.
– То есть, тебя не смущает, что тебя будут учить малолетки, раз в десять младше тебя? – искренне недоумевала Фиола.
– Вы учите меня тому, что я не знаю, взамен я могу подсказать вам то, что не знаете вы, – ухмыльнулась будущая ученица.
– Справедливо. А кто из нас тебя больше привлекает как учитель? Я или Гиола?
– Не торопи события, когда стану темной, тогда и буду решать. Согласись, демонологии лучше учиться у демонолога, некромантии – у некроманта. Я еще хотела уточнить насчет обращения ауры, вы ведь тоже прошли через это. Что меня ожидает?
– Нам, можно сказать, повезло, было только легкое недомогание, примерно такое же, как бывает у женщины каждый большой месяц.
– Мне никогда не везло, – усмехнулась Аргела, – буду готовиться к худшему. Трэшшен, какие способы ускорения обращения ауры ты знаешь?
– Вся суть обращения заключается в том, что темные потоки окружают источники, тем самым меняя их цвет, после чего происходит изменение каналов. Я предполагаю, что само пребывание в месте темной силы ускоряет процесс, а если дополнительно насыщать ауру тьмой, то он ускорится еще больше.
– Я хочу попробовать. Поможешь?
– Трэшшен устал, так что давай это буду я, – решительно заявила Гиола.
– Согласна.
Аргела вновь сбросила маскировку ауры, вытащила из кармана мантии пустой амулет-накопитель и через кальпу амулет был полон, а свечение ее ауры слегка поблекло. За первым накопителем последовали еще два. Закончив, аримагесса кивнула. Подошедшая Гиола так же избавилась от маскировки, положила руки ей на плечи. Какое-то время ничего не происходило, тьма моей супруги словно раздумывала, стоит ли ей продвигаться дальше, а затем, разбившись на отдельные тонкие потоки, потекла в ауру Аргелы. Свет сопротивлялся, не давал потокам Гиолы соединиться со слабыми темными нитями ауры, но тьма была хитра и изворотлива, она нашла обходные пути. Поразмыслив, я едва слышно помянул демонов, в свое время подбивших меня отказаться от более тщательного, углубленного изучения аур. Я предположил, что вливание силы Гиолы может дать Аргеле предрасположенность к демонологии, поэтому попросил Фиолу закончить начатое ее сестрой. Конечно, было бы неплохо заполучить еще одного демонолога, но подталкивать к определенному направлению у нас не принято.
Нет, ну так совершенно невозможно! Никакой инициативы от переподчиненных мне светляков не исходит. Да, они исполнительные, скажешь копать – копают, предварительно уточнив размеры ямы, скажешь вычистить кладовки от гнили – вычистят, но без начальственных указаний сразу теряются. Ну, вычистили вы кладовки, а стазис кто должен накладывать для защиты провианта от порчи? Бог-отец? Честное слово, ума как у низшего умертвия! Поработали, пожрали, пришел Трэшшен, отругал, еще поработали, снова пожрали, легли спать, слава богам, день прошел.
На указания жен откровенно плюют, выполняют с неохотой, огрызаются. Ну, точнее, огрызались, пока не надышались ароматов желчного демона, призванного взбесившейся черноволосой магессой. А Ковен, видите ли, занят, нет у них возможности прислать замену леди Аргеле. Ахнук как-то заглянул, потребовал с меня отчет о проделанной работе и о всходах посевов. Мне вот больше заняться нечем, только бродить по ночам и смотреть, как големы за травкой ухаживают! Гончая послушала наши препирательства, надулась до размеров теленка, наклонила голову и спросила «ууб?». Кажется, язык призрачных гончих понятен всем разумным, по крайней мере, светляк сразу сник и извинился. Ладно, поверим, что он тоже устает.
