— Он не будет … — начинаю я, но тут же замолкаю, вспомнив, что на самом деле он именно это и сказал. Уронив голову на руки, я пытаюсь думать. Гейб не может лгать, но я никогда и не спрашивала его конкретно о моей семье. Я никогда не интересовалась, были ли они в безопасности. И, когда я просила присматривать за ними, он всегда отвечал, что сделает все, что будет в его силах. Никаких обещаний.
Я направляюсь в сторону двери.
— Мне нужно поговорить с Гейбом.
Его глаза снова вспыхивают, а взгляд становится просто адским.
— Он не должен знать, что я здесь.
Устремив тяжелый взгляд на Мэтта, я вижу, как же он изменился. Его когда-то голубые глаза стали темными, а сам кажется таким взвинченным. Он больше не ангел. Теперь он демон. А демоны лгут. Что если он пытается выманить меня подальше от Гейба?
Но пока я об этом размышляю, чувство вины возвращается в мои мысли, что заставляет мои внутренности сжиматься от боли. Перед глазами возникает картинка с оторванными от его тела крыльями.
— Я ничего ему не скажу.
Выражение его лица на мгновение становится жестким.
— Тогда о чем с ним разговаривать? Просто пойдём со мной.
Как только он начинает пристально на меня смотреть, боль пронзающая меня становится все острее, интенсивнее, я устало оседаю на кровать и обхватываю себя руками. Каждая мышца в моем теле напрягается, заставляя меня сжиматься от боли.
— Я должна знать …. если он знал и …. не сказал мне об этом, — сквозь жуткую агонию я издаю слабый стон. — Если это правда ….я пойду с тобой.
— Фрэнни, он может читать твои мысли. Даже если ты уйдешь отсюда, он узнает.
— Нет, не узнает. У меня уже намного лучше получается …. блокировать его. — Говорю я, крепче сжимая руки. Боль настолько сильная, что кажется моя грудь сейчас просто взорвется.
Мэтт переводит взгляд на окно и внезапно боль стихает.
— Хорошо. Но сделай это быстро.
Делаю глубокие вдохи, пытаясь отдышаться.
— Это ты делал?
— Что? — вопросительно приподняв брови, спрашивает он.
— Ничего. — Тряхнув головой, удивляюсь, что могла обвинить в этом его. Сосредоточившись на своих мыслях, я концентрируюсь на сне о Мэгги и ничего не могу вспомнить о Мэтте. Моя голова проясняется и минуя Мэтта, я направляюсь к двери. Он не делает никаких попыток остановить меня и я, бросив на него взгляд через плечо, выхожу и закрываю за собой дверь.
Только я ступила на порог гостиной, как Гейб быстрым щелчком выключил телевизор. В одно мгновение он с округлившимися глазами оказался возле меня. Я хватаю его за руку в тот момент, когда он собирается открыть дверь.
— В чём дело? — спрашиваю я, отталкивая его обратно к дивану.
Все еще настороже, он смотрит на меня сверху вниз.
— Мне показалось, что я почувствовал … — он замолкает и осматривается, наконец его глаза останавливаются на двери в ванную комнату. Он громко выдыхает и опускает голову, прежде чем снова посмотреть на меня. — Мог Люк обратно перевоплотиться? — осторожно спрашивает он.
— В демона?
В его глазах застыл вопрос, когда он бросает пристальный взгляд из под длинных светлых ресниц.
Вслед за ним, мои глаза останавливаются на двери в ванную, и я вздрагиваю, вспоминая, как же сильно я хотела быть там с ним.
— Я не знаю. — Как только я это произнесла, дверь распахнулась. Люк выходит из ванной в одних только джинсах с накинутым на плечи полотенцем.
Какое-то время я просто стою и пялюсь на него. Он хочет, чтобы я уехала вместе с ним. Заберет ли он меня домой?
Потянув меня за собой, Гейб плавно упускается на диван. Обычно, я садилась рядом с ним, но сейчас должна сделать все, чтобы контролировать себя. Я не хочу расслабиться, позволив тем самым Гейбу проникнуть в мою голову.
Он сжимает моё плечо.
— Так в чем дело?
— Ты ведь присматриваешь за ними, верно? За моей семьей? За Мэгги?
Почувствовав его напряжение при упоминании моей младшей сестры, я подсознательно уверилась в том, что Мэтт говорил правду. Отодвинувшись, я смотрю ему прямо в глаза и спрашиваю.
— Мэгги в безопасности?
Опустив глаза, он будто борется с ответом — как же изложить его так, чтобы я не волновалась.
Но я уже выхожу из себя.
— Я должна вернуться домой!
— Нет. Это не вариант. — Его голос так спокоен и я чувствую, как он пытается погрузить меня в свой летний снег, но я не допускаю этого.
Будто грозовое предупреждение, во мне нарастает разочарование и о Боже, как же я хочу ударить его.
— Как ты можешь так просто сидеть, пока моя семья в опасности?
— Послушай меня, Фрэнни. Все вовлеченные понимают, что приоритетом являешься ты.
И тут из моей эмоциональной черной ямы вырывается ярость и я не могу контролировать поток слов, произнесенных мною.
— А Мэгги знает? Понимает ли она, что приоритет здесь я? Что она стала жертвой из-за меня? — Оттолкнув его, я поднимаюсь с дивана. — Знает она все это?!
— Фрэнни, никто не приносит себя в жертву, — мягким голосом произносит Люк, та же мягкость светится и в его глазах. Но я не нуждаюсь в его сочувствии.
Я поворачиваюсь к Гейбу.
— Он тоже знает?
— Не все.
Гейб пытается подняться на ноги, но толчком отправляю его обратно на диван.
— Все? Что значит все?
