– Ну конечно!.. Я прекрасно понимал, что никакой другой возможности пребывать в этом мире у меня нет, но эта единственная возможность – какая же она была хреновая, простите мне это слово! Я волком выл! Можете вообразить себя в кабине самолета, в котором что-то разладилось, трясет, мотает, тянешь штурвал, а он не слушается?.. В общем, такая вот веселая картинка. И за все эти годы, а их прошло пять, ваших земных лет – мне не удалось вернуться сюда, к поляне. Да что там! Мне высказаться не удалось, нормальный шаг сделать. Пытался – а получалось черт-те что. Помните нашу первую встречу, там на пристани?
– Еще бы, – сказал Павел. – Такое забыть трудно.
Беркутов засмеялся:
– А я, честно говоря, и не подозревал ничего. Ну, Юра и Юра, дурачок.
Юра усмехнулся горько, покачал головой.
– Знаете, я столько раз пытался дойти до вашей сторожки, и никак не выходило. Трудно сказать, но у меня сложилось впечатление, что Юра почему-то упорно не хотел идти туда, к вам. Что-то пугало его.
Княженцева осенила мысль, он поднял голову.
– Слушайте, Юра… скажите, а так-таки никто вокруг, ни один человек не догадался, даже ухом не повел – насчет вас?
– Хороший вопрос. – Юра вздохнул. – Хороший и… грустный. Мне кажется, что начинала догадываться хозяйка ваша, Клавдия Макаровна. Почти определенно догадывалась. Но ничего не говорила мне, ничего не спрашивала. Я прямо из кожи вон рвался! И так и сяк выворачивался, чтобы докричаться до нее… нет, все зря. От этих моих усилий Юра нес такую ахинею, что я только диву давался. А она смотрела, и в ее взгляде я чувствовал… И подкармливала она меня, то есть Юру, а тем самым и меня…
– Как?.. – в голосе Павла прозвучало подозрение. – Как-то странно вы говорите…
Юра взглянул на Беркутова, тот на Аркадия. И Юра перевёл взгляд на него.
Кауфман кивнул.
– Да, – молвил он. – Я думаю, можно рассказать. Расскажите, Сергей Аристархович.
И Беркутов рассказал. Кратко, точно, ясно. Ничего не утаивая.
Когда он умолк, несколько секунд царила тишина.
– Н-да-а… – протянул потом Забелин. – Не ожидал, ей-богу. Но вот… а как же бабушка так лопухнулась?! Она ведь экстрасенс или там что-то в этом роде…
Юра махнул рукой:
– Да ну, какое там… Ну то есть, в какой-то степени в Метеле каждый житель экстрасенс. А так, конечно, против Пыжова она ничего сделать не могла. Ей показалось, что может – но нет… Вот Юра! Испугался он, что ли? Я ведь чувствовал… да что там чувствовал! Знал, что сейчас будет – а он на пристань, да там и спрятался. Ну, как спрятался? Сел на мостки и ни с места. Заплакал. И ничего я с ним не мог поделать…
Егор кашлянул.
– Простите, конечно, – сказал он. – Но я боюсь, мы в этих Юрах запутаемся, давайте определимся кто из ху. Ведь как-то же зовут вас, есть у вас ваше имя собственное, от рождения данное?
Пришелец так качнул Юриной головой, что смысл этого жеста ясен стал для всех как «дважды два»: мол, объяснить сие если не невозможно, то почти невозможно… И, правда, он сказал:
– Вы знаете, наши имена – не совсем то, что ваши. В смысле, несут несколько иные функции. Да и рождения тоже. В вашем понимании мы вообще не рождаемся… Ну, словом, это долго и сложно! Давайте так: я для вас буду Юра-второй. А он – Юра-первый.
На том и порешили. Но все еще только начиналось!
– А вы этого, – спросил Егор. – Пыжова… точно шлепнули?
– Наповал, – коротко ответил Беркутов.
– И пистолет у тебя пыжовский? – повернулся Княженцев к Аркадию.
Тот вместо ответа хлопнул себя по левому боку.
– Черт бы его побрал, Пыжова этого! – воскликнул Павел искренне.
– Уже, – Беркутов даже не улыбнулся.
– Эх-х!.. – Горечь прозвучала в возгласе Юры. – Нежить. Не он сам, конечно, а та нечисть, что его сожрала. А он… Да что там говорить, пропал, как последняя тварь! Сам дурак, полез в эту кашу из дурного любопытства – вот его трясина и втянула. Втянула, высосала и выплюнула пустую оболочку. И наполнила нежитью.
– Да уж, – криво усмехнулся Аркадий. – Все-таки не померещилось мне… Нежить в человечьем облике! Глаза. Взгляд с того берега.
– И вся любовь, – сказал Павел. – И титьки набок.
– Ничего не понимаю, – сказал Егор.
– Понять нетрудно, – и снова почему-то Юра-2 вздохнул. – Могу объяснить. Только рассказ долгий получится. С самого начала придется.
– Да мы ведь и не спешим. – Павел вскинул брови. – Я понимаю так, что нам – на поляну, не дальше? А она вот она. Наше от нас не уйдет.
– Тоже верно. – Юра почесал переносицу. – Ну что ж, попробую. Понимаете, главная ошибка вашего земного руководства…