Тот предварительно встал. Следом за ним повставали все остальные — с ними тоже обменялись рукопожатиями. После чего началось дальнейшее обсуждение.
— При сканировании различных частот был обнаружен сигнал, — начал Морзе. — По сути — самые обычные переговоры. Но на китайском.
— На китайском? — удивлённо переспрашиваю его.
— Да, — отвечает Дмитрий.
— И что они говорили? — спрашиваю его.
— Не важно что, — сказал Николаич. — Важно то, что у нас неподалёку есть китайцы. Возможно — база.
— Плохо, — комментирую данную новость.
— Не то слово, — говорит Михалыч. — Мы даже не знаем, в какую сторону идти их искать.
— Это ещё не всё, — говорит Дмитрий. — Судя по их переговорам, они также ведут разведку.
— И, значит, скоро доберутся до нас, — констатирую его размышления.
— А нам они зачем? — задаёт, в общем-то, риторический вопрос Николаич.
— Идут они {далеко}, — подводит итог Михалыч.
— Ну тогда что, отцы-командиры? — обращаюсь к Михалычу и Николаичу. — Какие дальнейшие действия предпринимаем?
— Ты верно заметил про действия, — сказал Михалыч. — Игнорировать их нельзя. Однозначно.
— Разведка? — спрашиваю его.
— А в какую сторону? — спросил он.
— Да как обычно — иди туда, не знаю куда, — ответил Степан.
— Я так понимаю — девиз ГРУ? — без капли смеха смотрю на него.
— Неофициальный, — отмахнулся он.
— Тогда предлагаю начать чесать лес в направлении вперёд, — говорю штабу. — Потому что если они впереди, то это серьёзная проблема. А если позади — уедем, предварительно всё сожжём.
— Думаю, — Николаич встал со стула, потянулся и слегка размялся, — надо будет выставить несколько дозоров. Где-то на расстоянии восьмисот метров от лагеря. Желательно, чтобы они видели друг друга, но, боюсь, будет больно плотно.
— Пятисот метров достаточно, — Михалыч отвлёкся от дум. — В принципе, если они едут, то их услышат или увидят раньше. И расстояние поближе.
— Наверное так и сделаем, — соглашаюсь с ним. — Но разведотряд всё равно надо послать.
— Тогда давайте так, — говорит Гор. — Я беру ребят, в которых не сомневаюсь. И мы уходим в рейд.
— Хорошо, — поддержал его Николаич. — Я организую дозоры.
— Хорошо, — поддерживаю его. — Михалыч, надо будет организовать тренировки.
— Да это понятно, — говорить ФСБшник. — Равно как и приготовиться к эвакуации.
— Да, — киваю ему в ответ.
После чего обращаюсь к Морзе и переводчику:
— Слушай, Морзе, а как тебя зовут?
— Семён, — с улыбкой отвечает он.
— Почти как создателя телеграфа, — улыбаюсь ему в ответ. — Короче, Семён, ты — следишь за эфиром.
— Это понятно, — говорит он. — Сутки на пролёт?
— Нет, — отрицательно машу головой. — Надо бы ещё троих связистов.
— Троих? — с недоумением смотрит он.
— Я с вами, — киваю в их сторону. Затем смотрю на Дмитрия: — Сможешь найти хотя ещё одного, кто понимает китайский?
— А вот с этим проблема, — говорит переводчик. — И научить не успею.
— Было бы шикарно, — улыбнулся Николаич. — У меня в Трущобах был один.
— Уже хорошо, — киваю с улыбкой.
На этой ноте мы разошлись.
***
Николаич, как и обещал, организовал помощь толмачу. Теперь у Дьяка (такой позывной дали Дмитрию) был сменщик Фыва (получил своё прозвище за любовь к печати. В Городе был известным писателем одно время) (настоящее имя Фома). После чего из своих, трущобных, организовал несколько дозорных постов. На каждом посту умудрился разместить по три человека — двое следят и один посыльный. Потому как режим радиомолчания требовалось соблюдать.
Михалыч организовал тренировки по боевой подготовке на тот случай, если враг всё же проберётся. Также были организованы дежурства: не столько следили за порядком, сколько за безопасностью на случай, если два кольца дозора всё же упустят диверсанта. Наши жители с пониманием отнеслись к тому, что нам предстоит очередной переезд. Нет, конечно, было недовольство. Но не особое — все понимали.
Гор с группой ушли на восток. На второй день они сообщили по радио, что примерно в десяти километрах от нас есть база китайской армии. И сейчас они собирают всю информацию о ней. Сказали, что если через три дня не выйдут на связь — эвакуировать базу и брать севернее.
— Большая, — радирует Гор. — На вскидку до пяти тысяч солдат.
— Вас понял, — как раз была моя смена. — Конец связи.
Отправил гонца к командирам, а сам остался в рубке с радистами. Мы сидели в тишине, которую разбавляло шипение радиостанции с выключенным шумоподавителем. Моя смена закончилась, пора на боковую. Но нужно обсудить данную ситуацию с военными.
Ушёл из рубки и направился в штаб. Придя туда вижу обоих командиров.
— Вам же гонцы передали послание? — говорю им.
— Нет, нам скучно, — ответил Николаич. — Вот мы с Михалычем решили: а давай, Алексей Михайлович, посидим, повспоминаем последнюю войну.
Михалыч улыбнулся.
— Значит, можно этот момент пропустить, — говорю им. — Что скажете на это, господа командиры?
— Лучше действительно эвакуироваться отсюда, — говорит задумчиво генерал. — Их слишком много.
— Пожалуй, соглашусь, — кивнул Николаич. — Но всё же — если придётся драться, то…
— Мы будем драться, — говорю ему. — Только сначала надо дождаться Гора.