— Сколько пришло, столько и ушло? — интересуется Николаич.
— Нет, — говорю ему. — Оставить их тут — свинство.
***
Гор вышел на связь. Коротко объяснил, что возвращается. Бдительность в дозорах и на самой базе усилилась. Потому как неизвестно, насколько хорошо они заметут следы. Была бы возможность их эвакуировать по воздуху — было бы отлично. Но такой возможности нет.
Через пару дней появилась группа Гора. С собой они притащили китайца.
— Вычислил нас, похоже, — ответил Степан.
— Плохо, — констатировал генерал. — Надо бы его допросить.
— Не думаю, что получится, — ответил Николаич. — У нас мало времени их колоть. Стёпа, рассказывай всё, что знаешь.
— В общем, — начал он…
Со слов Степана стало ясно, что база не просто большая — она огромная! Пять тысяч солдат и офицеров, плюс примерно столько же пленных. К которым относятся как к скоту. Если не хуже. Все пленные — бывшие жители Российской Федерации. Одолеть такую базу с наскока, как тогда с морлоками, не получится. Потому что за ними, южнее, порядка двадцати километров, ещё одна китайская военная база. По своей мощи примерно такая же. Откуда узнали — удалось угнать транспорт. Поэтому, случись что с одной базой, вторая их подстрахует.
— Было бы нас хотя бы с тысячу, — говорит Николаич, — ещё можно было бы потягаться. А так — лучше обойти.
И тут меня начало одолевать какое-то сомнение. Вот только что — понять не могу. Вроде как чутьё вопит об опасности… И тут до меня доходит! Подзываю к себе гонца:
— Приведи Катю, пожалуйста. Скажи — срочно нужна помощь.
— Принято к исполнению! — сказал гонец.
После чего козырнул и ушёл. Менее, чем через минуту, они вдвоём были в штабе.
— Что случилось? Раненые? — спросила она.
— Кать, — говорю ей, — извини, но мне нужна помощь.
— Ох, ну ладно, — сказала она, и положила на мою руку свою.
Закрываю глаза. Как тут же возникла картина, которая реально повергла в шок. Смерть, горы трупов. И трупы, в основном, наши. Однако картина стала более положительной, когда была просто задана мысль о движении в другом направлении. Теперь, имея представление, открываю глаза и киваю Кате. Она отпускает мою руку и в сопровождении гонца уходит.
— Господа, — смотрю на наш штаб, — нам надо отступить на запад.
— То есть отступить? — не понял Желябов.
— Чтобы сохранить табор, нам надо двигаться обратно, — поясняю ему. — Базу придётся бросить.
— Скажи-ка дядя, ведь недаром, — произнёс Гор.
— Да, — поддерживает его Михалыч.
***
После прихода разведчиков мы не успели допросить того пленного, как дозорные приносят ещё одного. Без сознания. Штырь, как мастер допросов, попытался их допросить как обычно. Но это не возымело эффект. Однако среди челябинцев была обнаружена экстрасенс-психолог. Которая, с помощью Кати как усилителя способности, просто выудила у них всю информацию из мозга. Сами же пленники стали как овощи. К сожалению, нам уже было не привыкать казнить. Но было принято решение, что оставлять тела на базе опасно. Потому их забрали с собой.
— Ангелина Викторовна, — обращаюсь к сенсу, которая получила информацию от пленных, — что они вам рассказали?
— Если совсем вкратце, — говорит весьма миниатюрная блондинка с большими карими глазами, — то вне зависимости от того, что узнали бы мы о них раньше, позже… Они нас хотят уничтожить. Потому что они считают Сибирь территорией Китая. А мы — оккупанты.
— Это понятно. А что конкретно? — пытаюсь выяснить.
— Эти двое — так, попытка выследить откуда наши разведчики, — говорит она. — Вне зависимости от того — живы они будут или нет, они пойдут к нам. Времени у нас — день.
***
Мы в этот же день уехали в обратную сторону около сотни километров. Те, кто оставался на второй рейс, готовили засаду на китайцев. Заодно и решился вопрос «А зачем нам противотанковое оружие?», которое мы забрали с базы НАТО. В ход шло всё: деревья, остовы машин, балки от казарм и сараев… Топливо, которое оставалось в запасах, было приготовлено к сожжению на поваленных деревьях. Дорога была заминирована. В общем — после нас просто так не проедешь.
Когда мины кончились, и мы подъехали уже чуть ли не на пятьдесят километров к нашему лагерю, другая бригада уже практически выкопала яму-ловушку. После неё, на тот случай, если они не захотят возвращаться обратно, уже организовали первую засаду. На тот случай, если её прорвут, все были вооружены. Сдаваться живым просто так никто не хотел. В лесу, вокруг лагеря, натянули растяжек. Вместе с гранатами были задействованы сигналы охотника и ракетницы. Устанавливались которые в разных местах, отличных от гранат. На всякий случай были приготовлены даже «Стингеры». Хотя разведчики уверяли, что у них летающих аппаратов нет. Лагерь застыл в ожидании.
— Первый! — заговорила рация. — Попытка прорыва хвороста. Уходим!
— Принято, — ответил Николаич.
— Интересно, — спрашиваю его, — а на чём они сюда едут?
— Возможно на танках, — ответил Николаич. — Они вряд ли будут рисковать.
Где-то через пять минут был слышен взрыв.
— Танк, — спокойно говорит Михалыч. — Больно быстро преодолел костёр.
— Плохо… — говорю ему в ответ.