И именно в этот момент дизель моего крузера заглох — закончилось топливо. Следом начали глохнуть все остальные машины. Вскоре весь наш табор поднялся, за ними — жители посёлка.
— Наш последний путь окончен, — говорю всем.
Все глядели на меня как на какого-то злодея. Который всех проклял. Даже не словами или взглядом — помыслом! Ну что же, будет вам разъяснение:
— Топливо для машин кончилось, а вокруг нас снова радиационная пустошь. На несколько десятилетий. Всё, считайте, что это, — показываю руками вокруг себя, — земля обетованная. Новый Ханаан, если хотите.
Люди начали переглядываться друг с другом. Кажется, до них начал доходить истинный смысл слов. Ну что же, надеюсь, они не будут сильно возмущаться.
— О, Антоха, ты, что ли? — кто-то окликнул меня.
Поворачиваюсь в его сторону:
— О, Андрюха, давно не виделись!
Ко мне подошёл Андрей Левин — глава поселения. Мы пожали руки, а потом обнялись. После этого к нам подошёл другой Андрей, Крупнов. С тем тоже поздоровались. Позже подошли ко мне и другие многочисленные знакомые и друзья. К Лене тоже подошли друзья, знакомые и родня. Но мы с Андреем Левиным удалились — как-никак дела. Мы шли по улице, и, наконец, подошли к его дому. Открыл дверь — оттуда пахнуло теплом. Мы зашли.
— Рассказывай, — начал он, доставая бутылку самогона, — какими судьбами?
— Давай на трезвую голову, — говорю ему. — Это долгая история.
— А мы как будто куда-то спешим! — усмехнулся он. Однако «Самыча» поставил назад. — Ну звиняй — чаёв-кофиёв у нас нету.
— Вот за это можно не переживать, — улыбаюсь ему. — У нас есть остатки роскоши. Но, боюсь, надолго не хватит.
— Да? И что делать будем? — спрашивает он, усаживаясь на стул.
Рукой показал мне на ближайший стул, на который я и так уже думал сесть. Но не торопился — всё же есть хозяин.
— Вскорости травники подберут листики, которые при заваривании будут также тонизировать, — говорю ему. — Буквально этим летом. Край — следующий год.
Он удивился. После чего спрашивает:
— Откуда знаешь?
— Вижу будущее, — говорю ему. — Только так удалось без потерь добраться.
И рассказал ему, откуда стартовали. Как от погони уходили. Как с морлоками бились. И много чего ещё. Он только крутил головой и удивлённо цокал. Понятно — не поверил. Да я бы и сам не поверил, не будь я участником.
— Слушай, а ничего вас так помотало, — говорит он. — Хорошо, что из нашего посёлка никуда не поехал на пенсию. А то пришлось бы вот также отстреливаться.
— Согласен, что пришлось бы, — говорю ему. — Зная тебя-то. А теперь давай ты. Как тут у вас устроено всё?
***
Когда объявили атомную войну, на ГЭС было немного народа — в основном командированный персонал, охрана и дежурные. По большому счёту именно малое количество помогло спастись всем. Охрана, получив сигнал об эвакуации, сразу сообщила диспетчеру станции. Тот уже объявил всем. Им едва хватило времени на то, чтобы покинуть территорию станции и подняться, в посёлок. Это действительно было как чудо — стоило только заехать на территорию посёлка последней машине, как в плотину прилетела боеголовка. И так получилось, что не одна. И насыпная плотина развалилась под напором воды, смывая за собой радиоактивные остатки бомб. Ветер унёс частицы, которые должны были выпасть в виде осадков, ниже по течению. Находящийся ниже Светлый пострадал вдвойне. Про остальные поселения, которые были дальше, можно молчать.
Посёлку, можно сказать, повезло — отделались только вылетевшей электроникой, да несколькими рухнувшими домами. Ещё конкретно повезло, что было не очень холодно — люди объединились. Несмотря на разногласия между собой. Порой даже такие, что нормально кушать не могли. Все понимали, что началась мировая катастрофа. И проблемы мира резко померкли, когда обнаружилось, что жить в домах советской постройки стало невозможно. Нет — каменные дома выдержали. В большинстве. Равно как и гаражные кооперативы или дачные домики. Именно в них пришлось в срочном порядке организовывать вре́менные жилища. Проблемой проживания в многоквартирных домах стало отсутствие отопления. Да и на пятый этаж особо не набегаешься с дровами.
Летом возникла другая проблема — вода. Зимой набрал снега — красота! Можно жить. А вот летом — нужно спускаться, к Вилюю. А потом — подниматься. Кто-то всё же решил остаться — сходил за водой, кое-какие запасы сделал и остался наверху. Остальные всё же решили спуститься. После чего поняли, что сделали правильный ход: после ухода воды из водохранилища обнаружилось дно, на котором был ил. Впоследствии это сделало почву крайне плодородной. Что было удивительно на фоне остальной страны, где почва стала бесплодной. И вроде бы всё хорошо, но началась новая напасть: грызуны. Мыши, белки, зайцы, крысы, лемминги! Они почуяли много пищи и расплодились очень сильно. И вот тут у охотников возникла вскорости проблема: патроны. Как много бы их не было — всё равно они кончаются. Вернее — кончились. А с примитивными рогатками и луком — пришлось вспоминать детство. Но освоили быстро.