Мои нынешние хозяева — мирные, умелые земледельцы. Но еще предшествующее поколение чимбу значительно больше интересовалось войнами, чем сельским хозяйством. Чимбу были настоящими гуннами своей высокогорной страны. И хотя они, как и другие горные племена, пользовались лишь каменными топорами, луками и стрелами, но способ ведения войн, искусство, с каким они владели оружием, превосходили все, что знала эта страна до появления здесь белых людей.
Чимбу организовывали военные экспедиции. Их армия делилась на боевые отряды: воины проходили длительное и тщательное обучение. У них были даже профессиональные разведчики, в обязанность которых входило знание не только родного языка, но и языка племени, на чью территорию их намеревались переправить.
Вторжения чимбу были страшными. Словно войска Аттилы, воины уничтожали целые деревни, жгли хижины, угоняли скот и женщин. Меня поражало то, что, хотя чимбу и «побеждали в каждом сражении», они никогда не захватывали покоренных земель, так как верили, что там живут души павших воинов. А ведь против душ ничего не смогут поделать даже грозные топоры чимбу!
Итак, волны превратились в оседлых земледельцев. Жестокость они проявляют теперь только лишь по отношению к своим женам. Им не прощают ничего. Особенно измену. Согрешившую жену муж бьет по лицу, чтобы, сломав нос, обезобразить ее. Мужчины наказывают жен и за бесплодие, но не так жестоко — всего лишь немедленным разводом.
После посещения чимбу мы продолжили свой путь на запад по единственной дороге страны. Переправившись через реки Коронигл и Гангил, после долгого и утомительного пути мы наконец добрались до центра другой обширной области центральных нагорий Новой Гвинеи — Восточного Нагорья. Здесь раскинулись многочисленные долины, высота которых над уровнем океана колеблется от полутора до двух с половиной тысяч метров. Центр этой обширной территории, где проживает более трехсот тысяч папуасов, и цель нашего путешествия — поселение Маунт-Хаген.
В долине живет многочисленное племя — хаген[82], с которым я тоже хочу познакомиться поближе. Его люди — высокие, ярко выраженного семитского типа. Некоторые фантасты видят в них поэтому потомков легендарных «десяти потерянных племен израилевых».
«Последний род Моисеев», как иногда называют племя хаген, превосходит соседние папуасские племена своим трудолюбием и строгостью моральных принципов. Океания — не та область, где ценится сексуальная сдержанность. Однако у племени хаген невеста всегда должна быть девушкой. А прелюбодеяние у них считается тяжелым преступлением.
Здесь, впервые среди «людей каменного века», я наблюдал следы деления общества на классы. У хаген имелись — и кое-где остались до сих пор — рабы, которые трудились на своих хозяев. Однако каким образом горные папуасы приобретали рабов? Чаще всего во время войн. Наряду с военнопленными рабами хаген становились и те папуасы, которые искали у них защиты от своих врагов. Они ее находили, но зато попадали, что называется, из огня да в полымя — в рабство.
Из Маунт-Хагена, небольшого административного центра Восточного Нагорья, в котором я прожил некоторое время, мне удалось совершить несколько непродолжительных поездок по окрестностям. Жители этой долины особенно заинтересовали меня своими украшениями и одеждой. Правда, в некоторых частях Новой Гвинеи, например в среднем течении реки Сепик, местные жители ходят, точнее, ходили до недавнего времени совершенно голыми. В других местах папуасы сохраняли единственный атрибут одежды — футляр для полового органа, изготовленный из тыквы или бамбука. Его, как правило, носят лишь те члены рода, которые прошли специальные обряды посвящения. Украшение посвященных — знаменитые круги в носу, без рассказа о которых раньше не обходилось ни одно сообщение об этих далеких странах.
Большинству мужчин, с которыми я здесь познакомился, во время обряда посвящения пробивают хрящевую перегородку в носу. Эта далеко не безболезненная операция делается с помощью костяного ножа, затем представители некоторых местных племен продевают в нос кольца из раковин. Мужчины из других племен, а также австралийцы пропускают чаще всего сквозь носовую перегородку палочку.
В Миндже мне встретился представитель племени кума, в волосы которого были воткнуты четыре крыла райских птиц. Птичьи перья — обычные украшения и у бенабена, с которыми я встречался в Гороке и в поселениях долины Асаро. Горные папуасы прокалывают иногда и уши. Первых белых людей, проникших в долину Чимбу, поразили сушеные змеи, украшавшие уши аборигенов-мужчин.
