Воины племен, живущих в окрестностях Маунт-Хагена, предпочитают носить одно перо. По торжественным случаям они надевают праздничные перья райских птиц. В будни местные жители втыкают в волосы перья хищной горной птицы, которую называют
Женщины, по крайней мере папуаски центральных областей Новой Гвинеи, где я побывал, носят в основном украшения в виде плетеных браслетов для рук и ног. В более крупных поселениях я встречал употребляемые для этой цели стеклянные «жемчужины», которые завозят сюда якобы из самой Чехословакии. Характерное украшение девушек многих горных племен — нагрудники, ожерелья и различные подвески, изготовленные из раковин. Вообще горные папуасы очень ценят такого рода изделия, которые они приобретают путем обмена на традиционных местных рынках —
В Меланезии, в том числе и на побережье Новой Гвинеи, — очень жарко. И если местные жители здесь носят одежду, то только для «красоты». В гористых центральных областях острова не так жарко, а ночи иногда бывают такими холодными, что без спального мешка не обойтись. Тем не менее и здесь, в горах, одежда папуасов лишь составная часть общего ансамбля украшений. Верхняя половина тела представителей обоих полов всегда обнажена. Нижнюю у мужчин прикрывает простой пояс из коры деревьев, к которому прикрепляется кусок ткани или ветвь с несколькими листьями, а у женщины — юбочки из бахромы, фактически даже не прикрывающие наготу. На голову они набрасывают сетчатые накидки. Тело папуасы, как правило, не раскрашивают. Очень редко встречается и татуировка, которая более распространена на побережье, среди южных племен[84].
Европейская одежда для папуасов до сих пор непривычна. Лишь некоторые полицейские, которых я видел в Каинанту, носили рубашки с короткими рукавами и шорты.
Мода белых людей и другие их обычаи пока что не прививаются в долинах горных областей Новой Гвинеи. Это почти не тронутый цивилизацией мир, ключи к которому стали подбирать только в последнее время.
Я собираюсь покинуть Маунт-Хаген и отправиться к папуасам племени нангамп[85]. Посещение этого племени — одна из главных целей моей поездки на Новую Гвинею. Тридцать тысяч нангамп, говорящих на языке ёо-ви, живут в долине, раскинувшейся на семьдесят километров в длину и тридцать в ширину, которую образовала река Вагхи. «Долина средней Вагхи», как называется это волшебное место, связана с Маунт-Хагеном проселочной, вполне сносной в хорошую погоду дорогой. Сейчас май, в это время года здесь начинается период
В отличие от прибрежных областей Новой Гвинеи и других меланезийских островов на плантациях здесь культивируется кофе. На горных склонах, обласканных солнцем и не страдающих от недостатка влаги, уже сейчас, спустя всего несколько лет после начала проникновения сюда цивилизации, выращивается более девяти десятых всего новогвинейского кофе. В 1967 году прибыль от продажи этой культуры составила более трех миллионов австралийских долларов. Но меня, естественно, интересовали не европейские и австралийские кофейные плантаторы, а местные жители. Оказывается, сорок процентов от четырех тысяч тонн кофе вырастили на своих участках папуасы, благодаря чему жизненный уровень обитателей долины Вагхи существенно повысился.
Я остановился сначала в Кагамузе, расположенной неподалеку от Маунт-Хагена, чтобы осмотреть первую плантацию чая, который начали здесь выращивать всего лишь четыре года назад. Эта культура потребовала немалых первоначальных капиталовложений, но те, кто взялся за дело, полагают, что весь урожай местного чая удастся продать на австралийском рынке. В 1972 году в горных районах под чай было отведено уже более четырнадцати тысяч акров земли. Из них три тысячи принадлежат папуасам.
