– Послушай, – примирительным тоном проговорил Габриэль. – Какие документы Елена Михайлова может передавать Сабине Пастер? У них есть общие дела? Нет. У них есть совместный бизнес? Нет. Неужели ты не понимаешь, что в этом пакете был либо пистолет, тот самый, из которого стреляли в этого журналиста, либо деньги за выполнение заказа? Неужели ты в этом сомневаешься? На допросе Сабина Пастер может заявить, что не хочет отвечать на вопрос, какие именно документы были в пакете. Это ее право. На суде ей придется отвечать. В противном случае судьи будут интерпретировать ее отказ в пользу обвинения.
Дана тяжело вздохнула.
– Я могу сказать тебе, какие документы были в этом пакете.
– Ты? – удивился Габриэль.
– Я, – кивнула Дана. – Я потребовала от Сабины рассказать мне все. Об отношениях с Михайловыми. Ее и Пинхаса. Она рассказала. Михайловы предложили им создать совместную фирму по разработке и внедрению этого суперкомпьютера. Пастеры дали свое принципиальное согласие. Теперь обсуждают детали.
– Почему она не рассказала это капитану Битону?
– Я разрешила ей не говорить.
– Почему?
– Потому что это их коммерческая тайна. Потому что она вправе не рассказывать полиции о том, что не относится к делу. Но на суде, как ты понимаешь, она расскажет все. И предъявит документы.
Габриэль сложил руки на столе и насмешливо взглянул на Дану.
– И ты в это веришь?
– Во что? – не поняла она.
– В совместную компанию? Ты не думаешь, что Сабина Пастер все это придумала, когда узнала, что нам известно о передаче пакета? Теперь они, конечно, сварганят какие-нибудь липовые документы. А что на самом деле было в этом пакете, не знает никто.
Дана опустила голову и устало прикрыла глаза.
– Прекрати, Габи. Ты во всем видишь обман и только обман. Но доказать этот обман ты не сможешь.
– Как и ты не сможешь доказать, что Сабина Пастер говорит правду.
Дана подняла голову и взглянула Габриэлю в глаза.
– Это верно. И потому у нас только один выход. Выяснить, где был Антон Голованов после того, как уехал из офиса Михайлова. Где он потерял конверт с десятью тысячами евро и с кем он дрался.
Габриэль уставился на Дану тяжелым немигающим взглядом.
– Почему ты так уверена, что он с кем-то дрался?
– Во-первых, разбитая губа. Во-вторых… – Дана достала телефон, вызвала на экран фотографию и развернула ее в сторону Габриэля. – Взгляни. Это Антон Голованов с Мариной Цукерман. Секретаршей редактора «Русских ведомостей». Которая по заданию своего босса опекала Голованова во время командировки и привезла его в офис Михайлова.
– Да, я помню, – кивнул Габриэль. – Читал отчет лейтенанта Канца.
Двумя пальцами он увеличил изображение Марины на телефоне.
– Красивая девушка. Оригинальная.
Дана ошпарила бывшего мужа огненным взглядом.
– Нравится? – прошипела она. – Можешь заняться. Она не замужем.
– Никем я заниматься не собираюсь. – Габриэль улыбнулся, опустив голову, и протянул телефон Дане. – Но зачем ты мне ее показала?
Но Дана не взяла телефон.
– Взгляни внимательно. Не на девушку, а вокруг. Ничего не замечаешь?
Габриэль опять развернул телефон экраном к себе.
– Стоят в обнимку. Явно между ними есть какие-то отношения. Уж очень по-хозяйски он обнимает ее за шею.
– Это верно, – Дана улыбнулась. – Отношения между ними есть. Ты хорошо разбираешься в объятиях «по-хозяйски». Что-нибудь еще?
Габриэль промолчал, пристально вглядываясь в снимок.
– Вспомни, о чем я спрашивала вчера тебя по телефону.
– Число пуговиц на рукаве? – вспомнил Габриэль и взглянул на Дану.
– Заметил? – улыбнулась Дана.
– Четыре пуговицы.
Габриэль откинулся на спинку кресла.
– А в кинотеатре – три, – сказала Дана. – Значит, одну пуговицу он потерял. Где? Конечно, в драке. В той, в которой ему разбили губу. И отняли пакет с деньгами. С кем он дрался? И где? В суде тебе придется отвечать на эти вопросы.
Взгляд Габриэля изменился. Теперь он уже не был отрешенно-безразличным, как в начале беседы. «Он заинтересовался, – подумала Дана. – Он все-таки профессиональный полицейский, а не подтасовщик улик».
– Предположим, Голованов действительно с кем-то подрался, – начал Габриэль, не сводя глаз с Даны. – Но это мог быть, например, уличный грабитель.
Дана забрала у Габриэля свой телефон.
– Ты веришь в такие совпадения? – усмехнулась она. – Грабитель напал на туриста среди белого дня как раз в тот момент, когда у этого туриста в кармане лежали десять тысяч евро наличными. Предположим. Но почему Голованов пришел в кино? На фильм на чужом и непонятном ему языке? У меня только одно объяснение: он пытался скрыться среди зрителей. От кого он скрывался? Почему Голованов в фойе вытирал пот со лба, несмотря на прохладную погоду? Почему он вспотел? Убегал от кого-то? От кого он убегал? Получается, уличный грабитель не только напал на Голованова, отнял деньги, разбил губу и оторвал пуговицу, но и продолжал преследовать его. Странный грабитель.
Габриэль поднял на Дану насмешливый взгляд.
– Репетируешь речь в суде?
Дана ответила улыбкой.
– Репетирую. Хотя здесь все настолько ясно, что не нуждается в репетициях.
