Последний секрет полностью

Этот журналист очень силен, наверное, он тоже умеет играть в шахматы. Он и с психологией знаком. Он преодолел жалость ко мне, бедному инвалиду. Он преодолел ненависть к противнику и запросто мной манипулирует. Способный человек. Несколькими хорошо отобранными словами он вытащил наружу прятавшегося во мне ребенка. Я говорю с ним как с мальчишками, дразнившими меня в детском саду.

Не поддаваться смятению, вызванному агрессией. Не захлебываться в эмоциях. Оставаться хозяином своего мозга. Не проклинать его. Этот человек меня оскорбил, но я сохраняю нейтральность, я силен и собран.

Вижу его стремление нанести мне обиду, навредить мне, но это – стрела, которую я ловлю на лету, не позволяя в меня вонзиться.

Ты хотел сделать мне плохо, а я отвечаю тебе добром. В этом моя превосходящая сила. Спасибо, Афина, за эту науку. Ибо я знаю, что грядущие царства будут царствами духа.

Но он получит награду с легкостью только в случае, если окажется ее достоин.

На экране появляется полоса. Достигнув края, она стекает вниз беспорядочными струями. Он быстро мыслит и быстро пишет:

«Если я Циклоп, то подвергну вас испытанию не Улисса, а Циклопа. Пройдя его, вы станете преемником Финчера и получите наивысшую награду, о какой только может мечтать человек, – доступ к «Последнему секрету».

Доктор Черниенко и Наташа не могут скрыть разочарования.

– Много месяцев мы проводим испытания с целью отобрать лучшего, достойного получить доступ к «Последнему секрету», а теперь ты хочешь предоставить его чужакам! – возмущается топ-модель.

«Я стремлюсь не только к умственному, но и к нравственному совершенству. Поэтому я обязан заглядывать в будущее. Я пытаюсь представить положительного человека будущего, – отвечает Жан-Луи Мартен. – Индивидуума с еще более сложной, лучше подключенной мозговой корой. Догадываюсь, что он будет менее уязвимым, способным преодолевать свои первые реакции, способным прощать, не поддающимся базовым эмоциям. Он превзойдет мозг млекопитающего, чтобы освободить, наконец, свой дух».

Потрясенные Наташа и ее мать дают Никому развить его аргументацию.

«Положительный человек будущего будет способен вести себя так, как веду себя сегодня я. Отдавать недругу лучшее, что в нем есть…»

Два журналиста «Геттёр Модерн» уже не знают, что подумать.

– Мило, конечно, но слишком бесцеремонно. И потом, я всегда боялась трепанации, – мямлит Лукреция.

«И все же во мне теплится и человек сегодняшнего дня. Поэтому после пряника, Наивысшей Награды, я подстегну вас кнутом.

Поймите, мы не можем вас отпустить, не можем допустить, чтобы вы рассказали о том, что здесь узнали. Так мы погубили бы все наши проекты, а они важнее простых недолговечных смертных – всех нас. Поэтому, пройдя испытание Циклопа, вы отведаете полный экстаз и обретете свободу. А если потерпите неудачу, то я оставлю вас здесь. Санитары введут успокоительное, под действием которого вы угомонитесь. Сначала вас запрут в охраняемом периметре, а потом, когда ваши мозги покинет всякое поползновение к бегству, вас подселят к впавшим в детство. Вы совершенно расслабитесь и проживете с нами очень долго, всю жизнь, чтобы внешний мир забыл о вас. В психиатрические клиники никто не суется. Это современные аналоги подземных тюрем. Я знаю, я здесь нахожусь».

Уловив колебание пишущего, Лукреция стала ускоренно соображать:

Последний секрет? Я бы обожгла об него крылышки, как Икар, прикоснувшийся к солнцу. Возможно, это предостережение оставил Финчер. Этот наркотик валит наповал. Я утратила бы всякую волю.

Исидор тем временем взвешивает предложение от Никого:

А я еще беспокоился за мою память. Теперь у меня есть серьезные основания беспокоиться за разум.

«Вот загадка. Слушайте внимательно».