2096 год. Судебная система кардинально изменилась. Теперь вместо отбывания наказания, некоторым девушкам приходится получать свободу через продажу собственного тела.Я стойко принимаю наказание и мечтаю о дне, когда снова стану свободна, пока меня не вызывает к себе один из особенных и богатых клиентов. Мой бывший…Содержит нецензурную брань.
Передо мной в машине ехали явно какие-то свиньи. На полу валялся попкорн, местами раздавленный, на противоположном кожаном сиденье красовалась лужица. Висел едва уловимый запах хорошего марсианского табака. Скорее всего, подростки гуляли. Они часто выбирают такси местом встреч. Климат-контроль, тишина, наглухо тонированные окна, мобильность, голографический экран – что ещё нужно компании молодых людей для нормального времяпрепровождения?
– Милана, мы почти приехали, – сообщил приятный мужской голос. – Подтверждаете оплату?
– Оплату подтверждаю, – сказала я чётко и громко.
– Спасибо, – спустя секунду отозвалось такси. – Оплата произведена.
Чип в голове просигнализировал, что оплата со счёта клиента, который меня вызвал, прошла успешно.
Ещё пару лет назад голосовые помощники неизменно добавляли что-нибудь наподобие: «Спасибо, что воспользовались нашим сервисом “туда-сюда”, будем ждать вас снова, ведь для вас у нас всегда припасён подарок – бесплатный пробный урок игры на барабанах в музыкальной школе арабских ударных инструментов “Абстулхуембей”». Потом такое наглое впаривание запретили на законодательном уровне. Как неуместную рекламу. Этот полезный закон надо было ввести гораздо раньше, а то дошло уже до смешного, когда холодильник продаёт крем для лица. Не шучу. Мне пытался.
Мы подъехали к воротам. Несколько мгновений стояли. Сканирующие охранные устройства связались с чипом в моей голове, проверили личность, получили разрешение от центрального компьютера. Ворота, наконец, открылись. Такси бесшумно двинулось по узкой дорожке к семиэтажному белому зданию. В таких жили очень обеспеченные люди. Плохой знак. Ведь в подобные дома не вызывают таких дешёвок, как я.
Большинство моих клиентов обитало в стоэтажных стандартных человейниках.
Такси остановилось напротив подъезда.
– Мы приехали, Милана, – сообщил автомобиль. – Удачного вечера!
Я понимала, что это пожелание запрограммировано в электронного помощника, но всё равно оно выглядело будто издевательство надо мной. Была бы у меня собственная воля, никогда бы я не оказалась на этой территории, в этом такси.
Жизнь – большая шутница. Она умеет перевернуть бытие с ног на голову. Ещё год назад я даже в кошмаре не могла увидеть, что стану девушкой по вызову. Я – красивая, образованная, влиятельная, обеспеченная.
Жизнь – большая шутница. Она рушит наши самые стойкие принципы, незыблемые идеалы.
– И тебе, Иннокентий, спокойных пассажиров, – пожелала я, пока дверь отъезжала в сторону.
В салон ворвался холодный ветер. Я выбралась из машины. Наступила в лужу, тонким слоем растёкшуюся по асфальту на всём видимом пространстве. С низкого хмурого неба уже второй день беспрестанно лил дождь. Зима, называется… Помню, когда ещё была ребёнком, хоть пару раз за зиму, но снег выпадал. Сугробы держались по два-три дня. Современным детям об этом можно только рассказывать.
Такси закрыло дверь и, шурша покрышками, уехало. Я сделала несколько шагов и оказалась под козырьком подъезда. Тут хоть дождь не хлестал. Автоматизированная охрана у входа за две секунды проверила меня на наличие оружия, на алкогольное или наркотическое опьянение, после затемнённые двери разъехались в стороны. Я поспешно заскочила внутрь, прочь от зимы.
Оказавшись в просторном вестибюле с дизайнерским освещением, направилась к стойке консьержа. Не успела сделать и двух шагов, как увидела ростовое зеркало. Если быть точнее, то себя в нём. Шубка из искусственного меха до середины бедра, лакированные сапоги выше колена. Под шубкой была спрятана ультра-короткая кожаная юбка… и всё. Больше девушкам по вызову одежды не полагалось. Даже сумочек и тех не полагалось. Да что там… Мне вообще никаких личных вещей, кроме тех, что на мне, иметь не полагалось. Яркий макияж наносил перед сменой робот-визажист, и он не стирался, чтобы я ни делала. Мои родные волосы были острижены под единицу. В зеркале я видела стройную синеволосую женщину. Все девушки по вызову носят синие парики. Их, то есть нас, за это ещё называют мальвинами.
