Виконт Шаттлворт, лишившись юношеских иллюзий, намерен воспользоваться знаменитым лондонским сезоном, чтобы наконец подыскать себе жену — полную противоположность той бессердечной красавице, которая небрежно отвергла его три года назад. И предмет его прежних воздыханий Кэтрин Элстоун также возлагает надежды устроить в этот сезон свою личную жизнь. Однако, не желая повторить ошибку старшей сестры, угодившей в сети коварного обманщика, она приглядывает себе жениха на величайшем брачном аукционе Англии, движимая не чувствами, а здравым смыслом. Но наивностью девушки решила воспользоваться парочка нечистоплотных авантюристов. И теперь Кэтрин остается надеяться только на мужчину, которого она когда-то не восприняла всерьез.
— Лорд Шаттлворт! — с неподдельным восторгом воскликнула Элиан, маркиза Пемберли, бывшая леди Рис, завидев молодого джентльмена, который решительно пробирался к ним через бальную залу резиденции леди Финчли. — Какое удовольствие снова видеть вас. Словно сто лет прошло, едва узнала.
— А я непременно узнал бы вас всегда и везде, миледи. Кстати, примите мои поздравления в связи с вашим вторым замужеством, — непринужденно произнес виконт — один из самых завидных женихов на лондонском брачном аукционе — и окинул взглядом леди, стоявшую рядом с Элиан Пемберли. — Мисс Элстоун, надо полагать, в добром здравии?
— Благодарю, милорд, — холодно ответила Кейт Элстоун: пусть не надеется загипнотизировать ее насмешливым взглядом серо-зеленых глаз.
Элиан, не видя ничего странного в том, что Кейт и лорд Шаттлворт чувствуют себя неловко в обществе друг друга, и принимая их обоюдно отточенную вежливость за некий изощренный флирт, продолжила:
— Я получила ваше письмо и подарок чудесный, не из тех, которые приходится прятать подальше от взоров гостей. Вы бы видели настольный канделябр, которым одарила меня золовка, явно чтобы он снился мне по ночам! Кейт видела. Правда, ужас, прелесть моя?
— Правда, но ей лучше не знать о наших пересудах.
— Шаттлворт не выдаст нас, хотя наверняка согласится со мной, когда ему посчастливится лицезреть это уродство. Жаль, вы не смогли присутствовать на нашем бракосочетании, милый друг. Правда, все было очень скромно, ведь у нас обоих это второй брак.
— Н-да, скромный завтрак с ближайшими друзьями персон этак на двести, — мрачно пробормотала Кейт, искоса взглянув на свою наперсницу, которая невинно таращила глаза, словно понятия не имела о том, что забыла уведомить подружку о приглашении лорда Шаттлворта прошлым летом на свадебное торжество.
Нельзя сказать, что он счел недостойным для себя принять приглашение, думала она с неприязнью к ним обоим. Наверняка знал — ее непременно включат в список приближенных семьи Элиан, и встречаться с ней, тем более беседовать, никак не желал. Все прояснилось на первом же балу этого сезона. Она заметила, как он покидает залу, едва завидев ее в дверях в компании приятельниц. Потом они еще раз виделись в театре. Он тогда предпочел находиться в ложе, куда леди ни под каким предлогом, даже в мечтах, носа сунуть не смели, а она сидела в ложе напротив. Нет, она не так глупа, чтобы не заметить, как он поглядывал в ее сторону, развлекаясь в компании одной из примадонн demimonde[1] и ее покровителя. Этот одержимый веселился достаточно кисло. Если его милость желает показать, что последние три года не носит траур по Кейт, пусть старается. По крайней мере, его фиглярство поможет ей душевно провести очередное скучное лето в Лондоне.
— Понадобилась мудрость Соломона и изворотливость целого дипломатического корпуса, чтобы угодить всем и каждому в той когорте, — обратилась Элиан к подруге и содрогнулась при воспоминании о помпезном торжестве, устроенном ради удовлетворения амбиций ее нового повелителя.
— Еще бы, — горячо согласилась Кейт, вспоминая, как ей пришлось увещевать многочисленных родственников маркиза, возмущенных тем, что два-три десятка их ближайших друзей не включены в список приглашенных, и они, таким образом, не смогут похвастать присутствием на самом громком бракосочетании года.
— Дело прошлое, — кокетливо вздохнула Элиан. Ее второй муж, как было всем известно, обожал ее, не без пылкой взаимности.
Кейт удивилась: неужели злопыхатели осуждают их счастье? Однако Эдмунд Борт, к ее тайной радости, похоже, не завидовал. Напротив, тепло улыбался, оглядывая ее приятельницу, чинно поджавшую губы.
— Еще раз поздравляю вас от всей души.
Он намеревался учтиво отбыть, да только Элиан не собиралась так легко его отпускать.
— Несомненно, мы еще увидимся с вами. Ведь это событие не фатально, да и невозможно упорно обходить стороной давних приятелей, как вам кажется? — безыскусно сказала она.
— Всегда старался чураться старомодности, — вежливо ответил Эдмунд, а Кейт приметила, как сжался его рот, а серо-зеленые глаза блеснули сталью, хотя ее верная телохранительница, видно, ничего не заметила.
Элиан прикусила язычок, вопреки обыкновению не найдя, чем заполнить неловкую паузу.
— Элиан, я вижу Джулию Дибен, может, присядем рядом с ней, пока не заняты лучшие места в зале, иначе нам достанутся жесткие стулья, — попыталась Кейт разрядить обстановку и дать возможность его милости отбыть подобру-поздорову.
— Не окажете ли мне честь ангажировать вас сегодня на танец, мисс Элстоун? — Этот негодник решил-таки доставить себе маленькое удовольствие.
