- Да. Только относиться к этому вопросу следует иначе. Возможно, для Вашего времени мои слова выглядят очень цинично, но мое время таково, оно жестоко и не прощает чистоплюйства. Дело в том, что хотим мы или не хотим, но в тамошних странах этот вид коммерции или, как говорили у нас, бизнеса, существует. И это факт. Факт также в том, что сейчас он находится в стадии становления, хотя кое-где уже достаточно закрепился. Фактом является также и то, что этой средой в своих целях постоянно пользуются разведки и контрразведки всего мира, как и коррумпированное чиновничество и политики. Откажемся мы, ничто и никуда не исчезнет. Просто потеряем, или точнее, не приобретем, мы. Это сделают другие. Но это лишь одна сторона медали. Увы, но никто в мире не может жить, всегда нося лишь "одежды одного цвета". Мир един и сбалансирован. Если Вы хотите быть в чем-то хорошим, то в чем-то обязательно будете плохим. Например, уголовная среда, оппозиция, казнокрадство и репрессии - все это проявления темной стороны жизни общества. Мое предложение позволяет не просто экспортировать уголовников, оно позволяет экспортировать эту темную среду. Только подход должен быть грамотным. Отбор только волков, готовых драться, начальная языковая подготовка, групповая отправка, помощь и контроль со стороны СВК.
Сталин задумался, он уже не был столь весел или уверен в том, что я нес чушь.
- Хорошо, товарищ Алексей, мы подумаем. Если Ваше предложение будет принято, товарищ Артузов с вами свяжется.
Артузов связался через два дня. В это время все решения принимались быстро.
Глава 16.
Предчувствие перемен.
По мере того, как мои "информационные кладовые" иссякали, я все меньше уделял внимания оборонным вопросам. Даже про ядерный проект Берии удалось вытащить из меня намного больше, чем даже я себе представлял. Над задачей по созданию советской атомной бомбы работал уже огромный научный коллектив, в который пригласили всех ученых, которые и в моей истории занимались этим проектом, а также ряд других физиков, про существование которых я даже не знал. Ведомство Артузова очень тщательно контролировало ход аналогичных работ в Европе и в США. В частности удалось скопировать чертежи циклотрона, изобретенного американскими физиками Э. Лоуренсом и С. Ливингстоном, что значительно ускорило строительство аналогичного устройства в Ленинграде. Что же касается обычных систем вооружения, то команда работала уже без всякого моего участия, выйдя на уровень проблем, о которых я не имел никакого понятия.
В этой связи основное мое взаимодействие с советским руководством переключилось на экономическую сферу. Артузов начал организовывать первую сеть финансово-торговых компаний по всему миру и постоянно запрашивал информацию. Как раз этой сферой своих знаний я делился очень осторожно, понимая, что, во-первых, это чуть ли не единственная область, в которой я мог оставаться ценным информационным источником, а, во-вторых, я опасался, что с передачей большого пакета информации, она так или иначе окажется доступной тем, кому совершенно не предназначалась. В результате история изменится и все или почти все мои знания в этой области окажутся бесполезными. Я даже специально предупредил Артузова, что каждая конкретная сделка должна иметь максимальный объемный порог, не позволяющей привлечь к ней ненужного внимания. Благодаря такой технологии работы Артузов стал моим достаточно регулярным собеседником. И хотя я следуя договоренностям со Сталиным никому не рассказывать о его персональном будущем в моем варианте истории, Артузова я все же предупредил, что его новая пассия его погубит. Слишком любила она таскаться по приемам в различных иностранных посольствах. Артузов ничего не ответил, но намек явно понял и взглянул на меня с благодарностью.
Орджоникидзе, лишь недавно полностью подключенный к проекту, набросился на меня со всем пылом своей еще нерастраченной энергии, пытаясь сразу же выяснить у меня все, что я мог знать по месторождениям совершенно разных видов сырья. В результате "копилка" его Наркомата пополнилась несколькими новыми месторождениями золота, полиметаллических руд, железной руды, коксующегося угля, нефти, газа и многого другого.
Очень меня порадовал тот факт, что Леонтьев, хоть и не согласился переехать в СССР насовсем, но пообещал в ближайшие месяцы посетить Москву и прочитать цикл лекций по вопросам составления межотраслевого баланса, как и оставить нашим специалистам все материалы для его самостоятельного расчета. Это должно было вывести государственное планирование экономического развития на принципиально иной уровень.
