- Нет, товарищ Сталин. Принципиальная позиция по данному вопросу осталась той же. Нам не следует лезть в эту заварушку слишком активно. Но одна идея все же появилась. Думаю, стоит предложить Испании контракт на массовые поставки военной техники. Разумеется, вместе с инструкторами. Для нового руководства страны возможность путча далеко не секрет. И оно прекрасно понимает собственную слабость в военном плане. На стороне потенциальных путчистов наиболее боеспособные соединения и грамотные офицеры. Если мы сможем договориться насчет поставок авиации и бронетехники сейчас, и выполнить контракты до июля, то с внешней стороны это будет выглядеть совершенно нормально. Мы осуществляем поставки законно избранному правительству страны на коммерческой основе. Коммерцию в Европе понимают и уважают. Думаю, даже слишком больших криков возмущения не будет. Что немцам, что англичанам самим интересно посмотреть в деле, какова реальная сила нашего оружия против немецкого. Кстати, и то, что с началом путча наши инструкторы будут вынуждены "задержаться" на гостеприимной испанской земле, никого не должно удивить. Особенно, если их контракты формально будут заключены именно с испанцами. Кроме того, объясняя такое требование сложностью собственного финансового положения, думаю, нам удастся договориться и о своевременной поставке нашего оборудования. Таким образом, мы получим то же самое испанское золото, но на более законных основаниях.
- Ну что же, товарищ Алексей. Ваши слова звучат достаточно убедительно для того, чтобы подумать над ними серьезно. Так мы и сделаем. А скажите, пожалуйста, над чем Вы так упорно трудились все последние недели? Мне докладывали, что Вы, прямо таки не отрываясь, работали. И вид у Вас был не очень радостный.
Я вздрогнул и посмотрел на Сталина. Не то, чтобы я не ожидал подобного вопроса. Он был как раз очень естественный. Ожидал, и даже заготовил некий ответ. Вот только, глядя сейчас на Сталина, мне резко расхотелось вешать ему лапшу. Не тот человек. Да, сейчас он несколько отдалился и, возможно. Посчитал, что я ему больше не требуюсь. Но, тем не менее, он на протяжении всех наших встреч слушал всегда довольно внимательно. А многие вопросы так и вообще уже находились в стадии перевода в практическое русло. А потому я решил отвечать правдиво, хотя открывать лишь одну из сторон Правды.
- Дело в том, товарищ Сталин, что все текущие вопросы уже в работе и мое постоянное присутствие более не требуется. Остались фактически контакты с Артузовым по внешнеэкономической деятельности, но они совершенно не отнимают времени. В этой связи я занялся по собственной инициативе разработкой идеологических вопросов развития СССР, это стояло в моем первоначальном списке, но Вы решили пока эту тему отставить. Думаю, что сейчас пришло время на ней остановиться, хотя, не имея Вашего решения, я никого к работе не привлекал. Все делал один. Материалов также никто не видел.
- То, что не привлекали, это хорошо, это правильно. Хорошо также, что Вы не забываете темы, которые собирались разработать в начале. Плохо только, что перед началом работы Вы не поинтересовались у нас о том, что, возможно, более своевременной была бы другая работа. Но ладно. И в каких же моментах вы видите развитие идеологии? Что же конкретно Вас не устраивает в нашей марксистско-ленинской идеологии коммунизма?
- Вы позволите говорить откровенно, товарищ Сталин? Некоторые моменты мне будет крайне сложно облечь в политкорректную, как говорили у нас, форму.
- То есть Вы хотите сказать, что мы настолько ошибаемся, что выслушать Вас спокойно, не хватаясь за пистолет, не сможем? - Сталин усмехнулся. - Обещаю вам сдерживаться изо всех сил, товарищ Алексей. Начинайте.
