– А ты видел в Москве новый Бизнес центр: Москва – Сити 3? – ответил Борис вопросом на вопрос. – Два года назад, что бы расширить комплекс его зданий, сломали десятки домов вместе с моей квартирой.
– А почему тебе ее не компенсировали?
– После начала стройки бизнес центра, всех жильцов расселили в дешевых общежитиях и гостиницах, пообещав дать новое жилье, но этим летом всех людей из гостиниц выгнали.
– Разве такое возможно? – не поверил Майкл.
– Элементарно: прежний владелец стройки заявил о своем банкротстве. Теперь мэрия предлагаем нам самим отстаивать свои права.
– Так идите в суд! – посоветовал Майкл.
– Были и такие, кто ходил в суд, но вот беда: все они, куда-то пропали.
– Тогда, вам надо сплотиться, создать инициативную группу, выбрать председателя. И действовать всем вместе.
– Я и есть председатель инициативной группы, – признался Борис. – У меня списки жильцов и копии документов в арбитражный суд.
– А почему все вы тут прячетесь?
– Без регистрации в Москве людей депортируют – здесь особая экономическая зона.
– Куда депортируют? – удивился Майкл.
– Давай спросим у Квазимодо. Квазимода, куда выселят, если заметут без регистрации? – спросил Борис.
– Если первый раз, то за МКАД, и поставят несмываемый штамп на запястье. Если во второй, то на сотый километр, ночью в глухой лес.
– А если в третий? – спросил Майкл.
– Такие еще ни разу не возвращались, – сказал Квазимодо.
– Я слышал, что некоторым предлагали подписать контракт с властями на полное государственное обеспечение, с выездом в лагеря отдыха на севере страны, – уточнил Борис.
– Если здесь так опасно, тебе нужно уехать из Москвы, – посоветовал Майкл.
– Не могу – я хранитель документации. Только у меня есть полный комплект, – показал он на портфель, который лежал неподалеку, – там ноутбук с файлами и бумажные документы.
– Но как такое могло случиться в цивилизованной стране, – спросил Майкл.
– Я изучал документы, экономические расчеты и понял – если честно расплачиваться с жилицами сносимых домов, то этот проект, в принципе, не мог быть прибыльным. Концы с концами не сходятся – выходит, людей собирались обмануть с самого начала. Говорят, они ждут стихийного бедствия, что бы под него списать все долги.
– А почему Вас здесь, в подземелье не трогают? – спросил Майкл.
– Да та же коррупция, только на несколько уровней ниже: мы платим по 200 евро с человека в месяц участковому, а тот часть денег отдает районному и городскому начальству. Здесь главное – не высовываться.
– Но разве можно жить в стране с такой коррупцией?
– Нет, конечно.
Борис замолчал, о чем-то размышляя.
– Как несправедливо устроен мир, – подумал Майкл, вспомнив русскую провинцию и деревню, где люди находились на грани выживания и это огромное строительство в Москве.
– Квазимодо – сходи в ресторан за жратвой и водкой, – попросил Борис, выделяя бомжу 100 долларов и Квазимода, поднявшись по крутой металлической лестнице, выскользнул на волю.
– Парень из военных, – объяснил Борис, – в армии ему лицо повредили, жена из дома выгнал, а на работу с уродством не берут.
– А остальные? – спросил Майкл.
– Семеныч ушел от дочери – он считает, что мешает жить молодым. На его пенсию квартиру не снимешь. Сам Семеныч верующий, ему бы в монастырь, но монастырская братия берет туда крепких и молодых, что бы с комфортом и без забот на их плечах вернее въехать в рай.
Лумумба из Нигерии, он окончил Университет дружбы народов, но работы для него нет ни здесь, ни на родине.
– А ты на что живешь? – спросил Майкл.
– Раньше читал лекции в МГУ, но сейчас главная проблема с жильем. Недавно нашел по Интернету новую работу – давать частные уроки сыну одного бизнесмена. Парень избалован – ему никогда ни в чем не отказывали, а год назад полиция поймала школьника на наркотиках.
Теперь, по приказу папаши, он сидит под арестом и учится, не выходя из дома. Там открыта частная школа для одного ученика, а учителям разрешается жить в особняке
– Поздравляю тебя, теперь у тебя будет дом! – порадовался за Бориса Майкл.
– А мне не весело. На душе кошки скребут, – признался Борис. – Даже не представляю, как сказать об этом людям: Семенычу, Квазимодо, Лумумбе. Пока я здесь, они прикрыты моим авторитетом.
– Я верю, что ты сможешь помочь им, – подал надежду Борису Майкл.
Сверху послышались шаги – это вернулся Квазимодо без продуктов, объяснив: – Наверху автобусы с ОМОНОМ – боюсь, заметут. Я спросил на улице, что творится, говорят – олигархи бунтуют.
Бомжи попробовали включить телевизор, но не один канал не работал по настоящему – на всех показывали балет Лебединое озеро.
– Будем ждать до утра, – решил Борис: все разбрелись по углам и прилегли на своих тряпках. С улицы доносились крики толпы, и редкое пощелкивание выстрелов.
– Что же делать, Ричарду, всем нашим, если русский Президент потеряет власть, – пытался представить Майкл, но решил, что новые власти с Америкой ссориться не станут.
Могут, конечно, пострадать русские – Олег, Дмитрий и, что самое страшное Наталья.
