– Я не о том, сэр. Не хотите ли с кем-нибудь познакомиться? Вы можете зарегистрироваться в службе знакомств нашего поезда прямо из купе. Так делают, многие. В поезде есть такие цыпочки, только нам, как персоналу, такие знакомства запрещены.
– Как тебя зовут, стюард? – поинтересовался Майкл.
– Билли.
– Билли, до конца поездки меня больше не беспокой!
– Извините, – пролепетал Билли, но не ушел.
– Что-то еще? – спросил Майкл.
– Сэр, тут такое дело. Две пассажирки, которые видели Вас на перроне, интересуются, не хотите ли вы вместе провести время. Мне поручено передать вам от них визитки: там, на обратной стороне написан номер вагона и купе.
Что бы от него отстали, Майкл взял визитки, и выставил стюарда из купе, а сам непроизвольно посмотрел на каждую: на одной была фотография метиски с полусотней косичек, и круглым лицом, а на второй лицо белой девушки, чем-то ему знакомое, и надпись на ней гласила: – Синди Кроуф.
Майкл знал нескольких Синди, но не мог вспомнить всех фамилий, к тому же фото было очень маленьким, и только приложив визитку к экрану телевизора, увидел на экране девушку в полный рост,
Вдруг вспомнилось – да это же та самая Синди Кроуф, капитан группы поддержки школьной сборной по баскетболу из Сан-Хосе, первая девочка, которую он целовал в своей жизни, самая бесшабашная и, наверное, самая испорченная девчонка в их школе.
Авантюрная по духу, Синди и тут себе не изменила, снявшись на визитку в роли стриптизерши, а пока Майкл рассматривал ее клип, за дверью раздался женский смех, и на пороге появился озадаченный стюард, который прятал в кармане купюру в 50 долларов: – Сэр, извините! Это не по правилам – приводить гостей без спроса, но красивая леди говорит, что она Ваша хорошая знакомая.
За его спиной, как модель на витрине супермаркета, стояла раз наряженная Синди.
– Майкл! – завопила она на весь вагон, протиснувшись мимо стюарда, и Майклу пришлось побыстрее втащить ее в купе, пока она не растрезвонила про него на весь вагон.
– В Майами я ей представлялся, как Майкл, – шепнул он на ухо стюарду, дав тому сотню, потом захлопнул дверь перед его любопытным носом, успев только подмигнуть: каким мол, именем не назовешься девушке, и как не будешь пудрить ей мозги, ради того, чтобы соблазнить ее.
– Майкл, черт подери, мы же не виделись полжизни. Помнишь нашу школу? Все было так романтично. А меня не забыл?
– Синди, тебя забыть невозможно, – искренне ответил Майкл.
– Рассказывай все о себе. Где ты живешь. И с кем? – подмигнула она.
– Синди, ты задала столько вопросов, что сразу не ответить.
– А куда нам спешить – впереди еще целая ночь, – посмотрела она насмешливо. – Слушай, давай выпьем.
Она залезла в его бар: – Что тут у тебя? У меня такой же набор, а еще у меня есть шоколадный ликер. Пойдем ко мне. У меня шикарное двух местное купе, но я там одна – считай, что тебе повезло.
Синди нужно было срочно увести от любопытных глаз стюарда и Майкл, забрав из бара свой коньяк, вывел ее в коридор
Поезд был транс американским и должен был за сутки преодолеть расстояние от Нью-Йорка до Сантьяго. Купе, забронированные на одного, иногда двух человек, были забиты чемоданами с вещами.
Люди одели на себя, возможно последний раз в жизни, самое дорогое, и это создавало впечатление праздника. Многие, наверное, и воспринимали поездку, как экзотическое приключение – официанты носили дорогое шампанское, а в поезде веяло запахом флирта.
Они с Синди прошли несколько вагонов, ресторан и полупустой танцпол, где в ожидании прохаживались жигало и несколько молодящихся дам. Основное веселье должно было начать часа через два.
Купе Синди находилось в противоположном конце поезда, и было, почти таким же, как у него, только в нем вместо джакузи был душ, и две постели, а не одна огромная, как у Майкла. Синди посадила его за стол и, сказав: – Если ты не против, я приму душ, – скрылась за дверью.
Она там долго плескалась, а Майкл попробовал без нее сервировать столик, доставая из холодильника закуски и вина, но, вступив в противоречие между свободным местом и ассортиментом еды, решил дождаться Синди.
От нечего делать он включил телевизор и стал смотреть фильм о войне. Сначала Майкл решил, что это кино документальное, но фильм оказался боевиком про военных – героев войны с террором.
Действие происходило, на Ближнем Востоке, в небольшом городке, где во дворах или прямо на улице, в яркой национальной одежде сидели и веселились люди.
Они курили кальян, пекли кебаб и пили кофе, а среди этого людского моря, по дворам и духанам, угрожая пистолетом, бегал в поисках какого–то оружия, сумасшедший (так решил Майкл) морской пехотинец: как только, кто-нибудь из людей, которым он угрожал, неловко двигался, морпех с криком: – У нас свободная страна, стрелял ему в лицо.
После второго выстрела, Майкл с отвращением переключился на музыкальную программу, а из душа появилась Синди, и Майкл, что бы уйти от неприятных мыслей, стал ее разглядывать: Синди была в шелковом китайском халате и в гладкой загорелой коже.
– Майк, а ты не хочешь вымыться? – предложила она.
