Лежа в сене, он вспоминал Москву, своих коллег и Наталью, по которой безумно скучал. Почему-то, вспомнился букет роз у нее на квартире: неужели ей еще дарят цветы. А ведь он не звонил Нат целых три дня, выполняя приказ о запрете переговоров.
– Может быть, послать ей, хотя бы, сообщение по SMS? – задумался Майкл, пытаясь найти лазейку в своих обещаниях никому не звонить, и, не выдержав, набрал код связи с Москвой.
– Связь временно не работает! – сообщил его телефон, потом знакомый голос диспетчера, укоризненно сказал ему прямо в ухо: – Мистер Кондор, ведь мы же договаривались, что вы не будете звонить до особенного распоряжения! Я вынужден на сегодня заблокировать ваш телефон и сообщить о вашем поведении старшему группы.
– Доносчик! – хотел сказать Майкл, хотя прекрасно понимал, что сам не прав, и сейчас запросто мог всех подставить. Слава богу, что все обошлось лишь выговором для него.
Телефон снова замолк, отчего надолго наступила тишина, такая, что было слышно шуршание в сене мышей.
Время потекло нестерпимо медленно, зашло солнце, стемнело, наконец, и из темноты донеслись осторожные шаги: на пороге нижнего яруса появилась чем–то знакомая фигура.
– Китаец пришел? – подумал Майкл и посветил фонариком вниз, но там был не слуга – на пороге стоял Перси.
– Перси, ты откуда? – не сдержавшись, воскликнул Майк. Вообще-то, Перси он недолюбливал, но сейчас был бы рад любому новому лицу.
– Кондор и ты здесь? Значит, летим вместе? Никому не говори, что я приходил: мне приказали ни с кем не общаться! – запричитал Перси.
– Хорошо, я тебя не выдам, – пообещал Майкл. – А, ты здесь давно?
– На ферме второй день. А моя жена в Чехии и нечего обо мне не знает: мне нужно ей позвонить. Ты, сам-то, своим близким сообщил, где находишься? – полюбопытствовал он.
– Звонки запрещены. Да у меня и телефон заблокирован, – показал Майкл на свой браслет.
– Вот-вот! А у меня телефон за нарушение правил изъяли, – подтвердил Пери. – А что будет-то, от пары звонков?
– Перси, а куда ты делся тогда в Трентоне? – спросил Майкл.
– Да, долгая история, при случае расскажу, – начал юлить Перси.
Тут вновь послышался шум, и Перси, многозначительно прижав палец к губам, выскользнул в темноту улицы через люк, прорубленный в стене для подачи сена, а проеме дверей показался Крис.
– Майкл, готовься! – прокричал он. – Завтра в восемь утра выезжаем.
– Уже нет проблем с безопасностью? – откликнулся Майкл.
– Мы решили поменять место лежки, – объяснил Крис и пошел, оповещать остальных.
– Наконец-то, выйдем на волю, – обрадовался Майкл, оставаясь в одиночестве: теперь осталось дождаться ужина – единственного события оставшегося на весь вечер.
Еда в этот раз была особенной – это была праздничная индейка, с жареным картофелем и пирог с ежевикой. А еще хозяин прислал никелированную фляжку полную виски.
Поблагодарил слугу за доставленную еду и, отпустив его, Майкл плотно поужинал, выпил стаканчик виски и прилег: программа на сегодня была исчерпана. Завтра все они выйдут навстречу опасностям, но лучше уж рисковать, чем прятаться здесь, как крысы в своих норах.
От виски Майкла совсем разморило, и он провалился по ту сторону человеческого сознания, что бы превратиться до утра в бесчувственное тело.
Теперь его можно было брать, хоть голыми руками и эти руки, вскоре, сомкнулись вокруг его лодыжек. Они были маленькими, но цепкими и упрямыми.
– Большой господин, – тащили его за ногу из сена, – моя хочет тебя будить.
Очнувшись с трудом, Майкл увидел над собой голову китайца, растрепанного и вспотевшего от своих усилий – похоже, тот будил его давно.
– Твоя выходить надо гараж, – объяснил китаец и, убедившись, что Майкл проснулся, ушел, а Майкл быстро оделся, не забыв посмотреть на часы: на них было четыре часа утра, а на улице только начинало светать.
Он спустился на первый этаж и прошел по коридору в гараж, застав там Крис в компании семерых мужчин в походной одежде. Из них Майкл знал только Перси – остальных же он видел впервые.
– Ну вот! Наконец-то все в сборе! – сказал Крис, увидев Майкла, и объявил: – У меня не слишком приятная для Вас новость, друзья. Есть вероятность, что нас обнаружили!
– Обнаружили? Нас и видеть-то никто не мог! Я в подвале сидел два дня!… – загудели мужские голоса.
– Наша служба безопасности засекла полчаса назад телефонный звонок отсюда с фермы, но если его запеленговали мы, то и спецслужбы могли засечь, – объяснил Крис. – Не хочу обвинить кого-то в специальном нарушении правил безопасности, а тем более в предательстве, но выход в эфир был, и этот звонок может нас выдать.
– А о чем был разговор? – спросил Майкл.
– Разговор был закодирован, а телефон одноразовым. Его наверняка уже выбросили, поэтому никого обыскивать я не буду.
– Может, кто-то хотел с близкими связаться? Пусть признается! – предположил Майкл.
– Хорошо, я спрошу каждого: господа, никто не хочет признаться, что он звонил? – спросил Крис .
– Я не звонил! – сказал Майкл.
– Гавел, а ты? Нет! Джим? И я нет! ….
