— Сначала даем предупредительную очередь по ходу движения. Пытаемся заставить его остановиться.
— А если он игнорирует?
— Тогда высаживаемся по ходу движения, бьем по колесам и вступаем в плотный контакт. Нормально?
— Неслабо, — пожал плечами Лапин. — Жалко, что там заложница. Проблема лишняя. А то бы врезали сейчас с бреющего полета!
— По «Жигулям» врежете.
— Это понятно. Я вообще не люблю такие истории, с заложницами, — признался Лапин. — Не развернешься. А если развернешься, то обязательно кого-нибудь из заложников зацепишь. Случайно.
— К сожалению, у нас сегодня в меню ситуация с заложниками, — холодно заметил Бондарев. — Это во-первых. Во-вторых, парень, который едет в джипе, убил за свою жизнь человек пятьдесят, не меньше. Он владеет любым огнестрельным оружием, он убьет на первой минуте рукопашного боя любого из вас.
— А вас? — поинтересовался Лапин.
— И меня. Потому что он моложе и сильнее.
— Так, значит, просто необходимо врезать по нему с лета...
— Это значит, что, когда мы остановим джип, не пытайтесь взять его в одиночку. Бейте по конечностям, а потом пеленайте его всем коллективом. Без индивидуального героизма.
— Насчет этого не беспокойтесь, — успокоил его Лапин. — В героизм мы не полезем...
Он посмотрел в иллюминатор и обрадованно заметил:
— Вроде достали мы этих гадов... Что, врезать по «Жигулям»?
— Попробуй, — пожал плечами Бондарев.
— Шеф, давай снижение! — крикнул Лапин.
Наташа услышала странный металлический стук, и в лицо ей брызнули осколки стекла. Охваченная запоздалой паникой, она скатилась на пол машины, содрогаясь от мысли, что могла погибнуть. Уже второй раз за день.
Михаил подумал, что остановки в Городе Мертвых не избежать. Вертолет быстро настигнет их в открытой степи, а если этот самый Город состоит хотя бы из пяти-шести домов, то там можно засесть и перещелкать погоню, как в тире. Михаил уже обнаружил, что компания, у которой он реквизировал джип, была вооружена весьма солидно: кроме «ремингтона», в салоне нашлось еще два пистолета, пара гранат и длинный тяжелый тесак.
Шустров не удивился бы, если бы нашел в багажнике гранатомет. В его нынешнем положении все пошло бы в дело. Синяя сумка стояла рядом на сиденье, и Шустров чувствовал себя рыцарем, которому доверено охранять это бесценное сокровище. Сзади надрывались преследователи, но он их не боялся.
Снова застрекотал автомат, Шустров крутанул руль влево, потом вправо, обернулся и удивленно разинул рот: вертолет шел на бреющем полете вслед за «Жигулями», и стрельба явно доносилась сверху. А бело-синяя машина юлила, пытаясь уйти от пуль.
— Ничего не понимаю, — пробормотал Шустров. — Если в машине не менты, то кто? Неужели Малыш так быстро оклемался и бросился за своим добром? Возможно. А на вертушке тогда точно менты. И пока они занимаются «Жигулями», у Шустрова есть время уйти в отрыв.
Он посмотрел на часы. Половина четвертого. А если отсидеться в Городе Мертвых до темноты? Ночью вертолет его хрен увидит, если не включать фары. А зачем фары, когда впереди степь, гладкая, как проплешина на голове шустровского тестя? Если на маленькой скорости, то запросто можно улизнуть...
Шустров погнал машину, всматриваясь вперед, выискивая Город Мертвых. А когда он его увидел, не сразу понял, что это именно то, что он искал.
— Эй ты, — позвал он девчонку. — Как тебя там?
— Наташа, — отозвалась та.
— Выгляни, это и есть твой Город Мертвых? Или это воронка после ядерного взрыва?
Наташа выбралась из своего укрытия, продолжая поеживаться в ожидании выстрела, и закрутила головой, пытаясь сообразить, о чем идет речь.
— Да, — наконец произнесла она. — Это и есть Город Мертвых.
— На безрыбье и рак — рыба, — буркнул Шустров и повел машину в сторону огромной ямы, которая зияла посреди степи, как старая рана, неспособная к окончательному заживлению.
«Город Мертвых, — подумал он. — Тоже мне, название... Хотя, — он ухмыльнулся, — попробуем оправдать это названьице. Добро пожаловать, гости дорогие...»
Он обернулся. Вертолет кружил на одном месте, а вот шума мотора «Жигулей» уже не было слышно.
Глядя на то, как Лапин на пару с другим омоновцем палят из автоматов по юркому бело-синему «жигуленку», Бондарев вспомнил другую охоту. Совсем недавно, с месяц назад, в гости к опекаемому Бондаревым президенту прибыл важный иностранный гость, и эта парочка отправилась пострелять сайгаков с вертолета. Бондарев обеспечивал охрану визита, в том числе и во время охоты.
В отличие от омоновцев, расстрелявших уже по магазину, президент палил редко, как и положено стрелять из австрийской охотничьей винтовки, которую возили за главой государства в особом стальном чехле. Правда, с меткостью у президента было слабовато, поэтому после того как охотничий азарт начинал утихать, к открытому люку подходил стрелок из местных и заваливал пару-тройку животных, чем придавал смысл всему мероприятию.
