Умолк. Бледней снегов был нежный лик,В очах дрожали слезы исступленья;Меж губ слова слились в невнятный крик,Мучительный, ужасный… сожаленьеУгрюмый брат почувствовал на миг:«Пройдет, – сказал он, – время заблужденья!Есть много звезд: одна другой светлей;Красавиц много без жены моей!..XXXIV«Что дал мне бог, того не уступлю;А что сказал я, то исполню свято.Пророк зрит мысль и слышит речь мою!Меня не тронут ни мольбы, ни злато!..Прощай… но если! если…» – «Я люблю,Люблю ее! – сказал Селим, объятыйТоской и злобой, – я просил, скорбел…Ты не хотел!.. так помни ж: не хотел!»XXXVЕго уста скривил холодный смех;Он продолжал: «Всё кончено отныне!Нет для меня ни дружбы, ни утех!..Благодарю тебя!.. ты, как об сыне,Об юности моей пекся: сказать не грех…По воле нежил ты цветок в пустыне,По воле оборвал его листы…Я буду помнить – помни только ты!..»XXXVIОн отвернулся и исчез, как тень.Стоял недвижим Акбулат смущенный,Мрачней, чем громом опаленный пень.Шумела буря. Ветром наклоненный,Скрипел полуразрушенный плетень;Да иногда, грозою заглушенный,Из бедной сакли раздавался вдругБеспечной, нежной, вольной песни звук!..XXXVIIТак, иногда, одна в степи чужойЗалетная певица, птичка юга,Поет на ветке дикой и сухой,Когда вокруг шумит, бушует вьюга.И путник внемлет с тайною тоской,И думает: то верно голос друга!Его душа, живущая в раю,Сошла печаль приветствовать мою!..XXXVIIIСелим седлает верного коня,Гребенкой медной гриву разбирая;Кубанскою оправою звеня,Уздечка блещет; крепко обвиваяСедло с конем, сцепились два ремня.Стремёна ровны; плетка шелкова́яНа арчаге мотается. Храпит,Косится конь… пора, садись, джигит.XXXIXГоряч и статен конь твой вороной!Как красный угль, его сверкает око!Нога стройна, косматый хвост трубой;И лоснится хребет его высокой,Как черный камень, сглаженный волной!Как саранча, легко в степи широкойПорхает он под легким седоком,И голос твой давно ему знаком!..XLИ молча на коня вскочил Селим;Нагайкою махнул, привстал немногоНа стременах… затрепетал под нимИ захрапел товарищ быстроногой!Скачок, другой… ноздрями пар, как дым…И полетел знакомою дорогой,Как пыльный лист, оторванный грозой,Летит крутясь по степи голубой!..XLIРазмашисто скакал он; и кремни,Как брызги рассыпаяся, трещалиПод звонкими копытами. ОниСырую землю мерно поражали;И долго вслед ущелия одниДруг другу этот звук передавали,Пока вдали, мгновенный, как Симун,Не скрылся всадник и его скакун…XLII
