Равель тоже не удержался, решив посмотреть, что так взволновало Августина. И конечно, он тоже узнал девицу Лекой.
Двое мужчин застыли, пристально изучая молодую женщину. Изучая, анализируя… и явно не одобряя. Впрочем, Равель явно относился к происходящему с гораздо большим терпением, чем молодой мошенник.
— Томас знает? — наконец спросил Августин, обращаясь уже к Белой.
— Нет.
— Может быть, ты решила заручиться помощью ещё кого-нибудь нашего окружения? Кого-нибудь из сестричек, поварихи, или даже слуг?
— Никого, кроме вас двоих.
— И невесты Томаса? — ядовито произнёс Ави. — Хотя, судя по разговору, вы знакомы с Делией Лекой гораздо дольше, чем мы. Рави, ты знал о ней?
Тот покачал головой.
— Я ничего не знаю о Медее и об её окружении. Но я верю ей.
— И тебя не смущает, что твоя Медея подослала к нашей семье шпионку?! Чёрт возьми, мало того, что эта ведьма взяла в оборот меня, каким-то образом задурила мозги тебе, так и ещё Томасу подсунули какую-то шлюху!
Августин был зол. Притом на Равеля он позволить злиться себе не мог, считая его такой же жертвой, как он сам, поэтому вся его ярость пала на Делию.
— Рави, мы уходим! — заявил он. Офицер немедленно отреагировал:
— Я никуда не пойду. И тебе бы не следовало. Разве ты не хочешь помочь Луке?
— О, я думаю, гораздо больше, чем ты, если вспомнить твою «любовь» к нашему младшенькому! — сердито ответил мошенник. — Я не верю, что эти женщины как-то могут помочь Луке. И я не доверяю им, не знаю, кто они такие на самом деле.
— О, тут всё просто, — вмешалась Медея. — И я, и Дели ведьмы. Тёмные ведьмы. И одно это делает нас союзниками вашего брата. И вы оба тоже не чужды Тьме, иначе бы не стояли сейчас здесь.
— Чушь!
— Разве? — улыбнулась Медея, и столько очарования было в её улыбке, что сердце Ави на мгновение пропустило удар. И как он не видел раньше, как хороша Белая гадалка?
К счастью, помутнение тут же прошло, сменившись уже знакомой злостью. Впрочем, стало понятно, что никуда Ави не уйдёт. И не только из-за упрямого Равеля, но и потому, что ему было просто до жути любопытно узнать, что же всё-таки тут твориться.
«Тёмные ведьмы… экая невидаль! — попытался он подбодрить себя. — Я вот, оказывается, тёмному магу в детстве вихры драл… и ничего, выжил!»
К тому же, как догадывался Ави Горгеншейн, ведьмам была более нужна Лейла, чем он сам. А с них сталось бы и отобрать лисицу. И кто её тогда будет защищать, а точнее, удерживать от глупостей? Незаметно для себя Августин привязался к пустынному зверьку, и терять Лейлу не хотел.
