Когда до Пола Уорда дошел смысл сумбурного сообщения Интерпола, присланного по электронной почте, ему вдруг показалось, что потолок вот-вот обрушится ему на голову. «Господи Иисусе! – мысленно завопил Пол. – Они – самые настоящие тараканы!»
И вот теперь, вместо того чтобы забрать свои вещи из офиса в Куала, подготовиться к отъезду в Штаты и начать финальный раунд там, он мчится по улицам Бангкока в старом, дребезжащем посольском кадиллаке.
Скорчившись на заднем сиденье, он смотрел на людей, заполнивших улицы, пытаясь представить, как будет выглядеть Бангкок или любой другой город, узнай его жители о том, что по улицам ходят хищники в тысячи раз опаснее тигров или акул.
Самое неприятное, что он уже успел отпраздновать победу, устроив со своими коллегами вечеринку, угощение для которой добывалось всеми праведными и неправедными путями. «Вдову Клико» позаимствовали из штаб-квартиры «Сюрте», французской уголовной полиции в Хошимине, запивая им копченую белугу – подарок ребят из КГБ, окопавшихся в Нью-Дели. Не меньше дюжины танцовщиц слетелись на шелест долларов – разумеется, фальшивых, изготовленных в Мьянме. Купюрами в большом количестве разжился у пакистанской разведки грозный Джо Ло, который сумел бы украсть и яд у кобры.
Да, они весело расставались с «Главной восточно-азиатской компанией по истреблению грызунов». Прощай, организация с таким ироничным названием, уходим без сожаления. Они выполнили свою задачу, жаль только, что Уилл Кеннерт, Эдди Сент-Джон, Ли Хонг Кво и Эль Санчес не сидели с ними за одним столом.
Если бы ему не требовалось целиком и полностью сосредоточиться на задаче, которую предстояло решить, он велел бы шоферу остановиться у ближайшего бара. Отчего бы не утолить жажду благословенной «Столичной»? А потом отправиться на всю ночь в массажный салон, где опытные девицы менялись бы одна за другой? Пора подвести итог недозволенным радостям – спасибо старому доброму Бангкоку: кто бы мог подумать, что в одном городе существует столько злачных мест...
– Проклятие! – мрачно выругался он.
– Сэр?
Водитель не догадывался, что Пол любит поговорить сам с собой. Откуда, собственно, ему об этом знать? Служащим посольства, да и другим чиновникам, любая информация о Уорде была недоступна – и слава Богу.
– Виноват, сынок.
Сиамский залив до сих пор оставался глухим уголком мира. Надо признаться, Пола раздражали глухие и темные закоулки. Еще больше он ненавидел лифты, маленькие комнаты с закрытыми дверями – словом, замкнутые пространства. Ему все время снился один и тот же сон: вот он просыпается, садится в кровати и,
Пол знал одного парня из ЦРУ, Ричи Джоунза, который не поладил с красными кхмерами, и те похоронили его заживо. Потом военнопленные из того же лагеря рассказывали, что около получаса из-под земли доносились крики. Из штата Огайо угодить в дыру посреди джунглей Камбоджи. Интересно, господину президенту доложили о том, что произошло с Ричи? А господину директору Центрального разведывательного управления?
Умереть, как умирают тайные агенты на задании, чертовски тяжело и чертовски одиноко – наливай, дружище! А то, что делает он и его команда, гоняясь за монстрами по всему миру, рискуя быть съеденным при малейшей неосторожности... – наливай еще!
Уорд устал. Они все устали. Это была трудная операция, пропитанная насквозь кровью хороших мужчин и женщин. Лучше пусть тебя похоронит заживо банда двенадцатилетних кхмеров с остекленевшими глазами, чем укусит в шею одна из этих поганых тварей.
Еще задолго до того, как его вынудили сюда вернуться, Азия стала для него местом, о котором он хотел бы забыть. Вьетнам, Лаос, Камбоджа, начало семидесятых. В те дни человеческая жизнь здесь ничего не стоила, особенно жизнь американца, и тем более новобранца ЦРУ – подтянутого, остриженного под ежик, в смешных очках. Уорд просидел шесть недель в бамбуковой клетке, питаясь одними тараканами и крысами, пока на его глазах Бетти Чанг насиловали до потери сознания, а Джордж Мурхаус умирал от голода. Уорд выжил, потому что был слишком уродлив, чтобы его насиловали, и настолько неприхотлив, что мог пожирать крыс с потрохами.
Он пошарил в маленьком баре – обычно здесь полно выпивки.
– Водка найдется?
– Нет, сэр.
Разумеется, нет. Для офицера ЦРУ не станут держать в машине спиртное. Этот паренек со своим лимузином появился в аэропорту только потому, что в посольстве не хватило времени подобрать драндулет похуже для обычного тайного агента. Прилети он из Штатов, то нашлись бы и выпивка, и лед.
– Чертовы ублюдки.
– Сэр?
– Ничего.
Жаль, что за ним не прислали женщину-шофера. Как было бы хорошо вдохнуть сейчас аромат женской кожи и волос. Ему хотелось того, чего хотят все мужчины, как он полагал, – спасения в нежных объятиях.
