Джакка больше инстинктивно пошарил по карманам, хотя прекрасно помнил, что сигареты закончились ещё пару лет назад. Охренительная шутка вселенной - сигарет, вызывающих рак лёгких, нет, но и дышать без "намордников" невозможно. И к тому же, ни табак, ни прочие растения не хотели расти в убежище. В чёртовом бункере, вообще нихрена не росло, кроме бурой плесени.
В животе заурчало. Мизерная пайка, которую выдавали строго по дозировке, уже давно не могла насытить организм всем необходимым.
- И вот интересно, сколько они ещё хотят просуществовать на этой жратве? - спросил он у самого себя. - Консервы сами по себе, знаете ли, не вырастут. Да, и вода в солончаке не бесконечна. Сколько не выпаривай эту соль, вода всё-равно горькая, как дерьмо.
Джакка ненавидел нынешнее своё положение целиком и полностью. Нехватка жизненно необходимых ресурсов, вечно носимый, будто приросший к лицу респиратор, фантомные боли отсутствующих трех пальцев на левой руке, и обильный кашель в забитых лёгких.
- Мы скоро уже и срать начнём серой. - сказал он достаточно громко, так что по высоким сводам пошло гулять весьма неразборчивое эхо. - Где этих водоносов черти таскают?
Джакка сложил ладони козырьком, и пристально вгляделся в пустынный пейзаж. В далёком мареве виднелись очертания сухих, обугленных деревьев, окружавших солончак, а за ними всё было непроглядно-серым до самого горизонта. Джакка знал, что там. Все знали, что там. Огромные столбы, подпиравшие низкое небо.
Курильщики.
Сначала он подумал, что ему это всё только кажется. Недостаток кислорода, или просто галлюцинация. Но, чем ближе она подходила, тем реальнее становились очертания идущего. Без сомнения, это был человек. В грязно-белой одежде, с развивающимися длинными волосами примерно такого же цвета, как и его одеяния. Никаких средств защиты на нём не было, и это, судя, по всему, не доставляло ему никаких неудобств. И чем ближе он подходил к убежищу, тем больше Джакка не верил своим глазам. Внезапный порыв ветра поднял в воздух огромное облако пыли, и несколько минут не было видно ни зги. Когда пыль улеглась, пришелец был ближе. Он был практически рядом.
Джакка снял автомат с предохранителя; ещё раз убедился, что он стоит в режиме одиночной стрельбы. Стрелять без необходимости не было никакого желания, да и к тому же, патронов было всего шесть штук. Шесть последних боевых патронов к последнему боеспособному автомату на непредвиденный случай. Плюс у каждого из живущих в бункере было по одному "личному" патрону. Трое уже воспользовались ими, чтобы пустить себе пулю в голову.
Джакка вскинул автомат и, насколько ему позволил респиратор, крикнул:
- Стой! Ты кто такой, мать твою?!
Человек остановился в паре десятков шагов ото входа. Он несколько неуместно и театрально развел руки в стороны и вверх.
- Я! Человек-Иисус! - Сказал он очень громко и отчетливо. - Я пришел, дабы агнцев своих наставить на путь истинный! Ибо больны Вы, как и болен весь мир от неба до земли.
- Это... невозможно... - Пробормотал Джакка тихо. - Ты же, мать твою, умер хрен знает когда.
- Нет, сын мой, я всегда был здесь, и сейчас пришел, чтобы в тёмный час вывести вас на свет божий.
- Это не просто тёмный час, мы - умираем, Господи!
Человек, тем временем, подошел вплотную, и Джакка увидел его серые, почти белые глаза, и, показавшееся ему невероятно красивым, лицо. Высокий рост, белоснежная кожа и мускулы придавали ему большую схожесть с древним атлантом, нежели с Сыном Бога.
- Подойди же ко мне... Ибо я принес Вам избавление ото всех напастей, на ваши головы свалившихся. - Сказал он.
- Иисус, это правда ты? - в глазах у Худого и оборванного человека в респираторе застыли слёзы.
- Подойди ко мне! - Закричал человек-иисус.
Джакка раболепно подошел к человеку, и, понурив голову, попытался разглядеть остатки своих ботинок, из-под мутных очков, и, застилающей глаза пелены слёз. Человек обнял Джакку за плечи, и нежным, но уверенным движением вверх скользнул ладонями к голове.
- Иисус, прости нас, мы погубили всю планету, и... себя тоже погубили. А ещё мы... я очень хочу есть. И курить. Или просто сдохнуть... - разборчиво говорить дальше он не смог, так как тело его сотрясалось от рыданий.
- Тссс... - Сказал Иисус. - Я прощаю тебя, сын мой.
Человек начал поднимать Джакку над землей, крепко ухватившись руками в основание головы. В глазах у Джакки застыло удивление, и, некое спокойствие. Когда он висел на уровне нескольких дюймов, человек в одночасье вывернул ему голову практически в обратную сторону. Тело Джакки рухнуло на бетонный пол, звонко лязгнув автоматом, всё ещё зажатым в руках.
- Вот твоё избавление, сын мой. Это единственное, чего ты достоин.