Что это за место вообще такое?! Среди вариантов, которые пришли на ум Никите, была нелегальная клиника по изъятию органов, и обнаружение девушки подтверждало это. Вот ради чего его похитили! Сам Никита был здоров, это каждая медкомиссия подтверждала. Похоже, такое здоровье могло пригодиться не только ему!
Он застыл на пороге, не зная, что делать. А девушка, несмотря на свое болезненное состояние, была в сознании. Привлеченная движением, она повернула голову и посмотрела на Никиту. Ей бы сейчас удивиться или обрадоваться, но в ее глазах читалось лишь ледяное спокойствие. Это еще больше поразило Никиту: как такое вообще возможно? Или она была в плену так долго, что потеряла связь с реальностью?
— Вы пришли спасти меня? — тихо спросила она.
Эти слова наконец отрезвили Никиту, напомнили, в каком опасном положении они оба находятся.
— Да! Да, не бойтесь, я выведу вас отсюда, все будет хорошо!
— Вы очень хороший человек, Никита. Простите, что так получилось.
Она знала его имя… Она не могла знать его имя, не должна была!
— Как?.. — только и смог произнести Никита.
Но девушка не ответила, она даже смотрела теперь не на него, а на кого-то, кто стоял прямо у него за спиной.
— Забери его отсюда, — велела она. — И сделай так, чтобы он больше не убегал.
В следующую секунду Никита почувствовал, как его шею сдавливает сильная рука…
Это было уже слишком.
Леон осознавал, что любит ее, и готов был многое сделать для нее — особенно сейчас, когда он чуть не потерял ее. Но это вовсе не означало, что он стал ее комнатной собачкой или покорным рабом, который без раздумий выполняет любое поручение. Он с самого начала был насторожен этой ее идеей с похищением.
Он согласился лишь потому, что Анна заверила его: нет другого способа остановить Юпитера. Леон прекрасно понимал, с каким опасным противником они имеют дело, против такого законные методы не работают. Но он все равно согласился на серьезное преступление с надеждой, что Анна ему все объяснит, когда дело будет сделано.
Он никогда еще никого не похищал — и не думал, что однажды доведется! Наблюдая за Никитой Давыдовым, он чувствовал себя каким-то озабоченным маньяком, который глаз не сводит с молодого паренька. Леону отчаянно не хотелось делать это, но время поджимало, и он вынужден был решиться.
Он пытался пожалеть Никиту, но все ведь знают, куда выложена дорога благими намерениями! Он вколол парню меньше снотворного, чем следовало бы, и тот наставил себе синяков, пытаясь освободиться из багажника. Он не стал связывать его, просто запер в подвале, и Никита едва не удрал. Как бы они ловили его, если бы он выбрался в лес? Да никак, ведь никто, кроме Леона и Анны, вообще не знал об этом похищении!
Теперь Леон, наученный горьким опытом, был вынужден действовать жестче. Он посадил Никиту на цепь — в самом буквальном смысле. Пленник мог ходить только по своей комнате, он и до двери бы не дотянулся. Но на всякий случай Леон еще и установил на дверь массивный железный засов. Что оставалось Никите? Кричать? Бесполезно, в подвале была установлена отличная звукоизоляция.
Так что проблема была решена, а легче Леону не стало. Напротив, он чувствовал себя отвратительно, он больше не мог этого выносить. Покончив с работой, он направился сразу в комнату Анны.
— Кто этот парень? — в который раз спросил Леон. — Я пытался навести справки о Никите Давыдове, но ничего подозрительного не нашел. Двадцать два года, сирота, холост, перспективный молодой учитель — все! О нем говорят только хорошее, да и не зря, раз он, освободившись, первым делом отправился искать других похищенных, а не спасать свою шкуру.
— Да, он хороший парень. Ты ничего не упустил. Он действительно простой учитель.
— Кто он Юпитеру? Брат? Сын?
Об этом Леон думал уже давно — такое объяснение казалось самым очевидным и правдоподобным. Впрочем, в этой версии он усомнился, впервые увидев свою цель. Никита Давыдов был светлокожим и голубоглазым, с вьющимися золотыми волосами. Ангелочек, да и только! Юпитер же казался полной противоположностью ему — смуглый, чернявый, кареглазый. Ни одной общей черты!
Возраст тоже не сходится. Никите двадцать два, Юпитеру за тридцать, но сорока точно нет, он не может быть отцом этого парня. А вот брат… Более вероятно, несмотря на всю внешнюю несхожесть. Леону удалось выяснить, что Никита осиротел в пять лет и воспитывался в приемной семье. Где воспитывался Юпитер — Леон наверняка не знал, но подозревал, что в стае шакалов.
— Нет, он Юпитеру не родственник, — покачала головой Анна. — По крови они друг другу никто. Никита не знает Юпитера ни под одним из его имен.
— Тогда какого черта мы его похитили?!
— Этого я тебе сказать не могу.
Леон остановился перед ее кроватью и скрестил руки на груди.
— Аня, нет.
— Что — нет?
— Я так больше не могу.
— Не можешь доверять мне просто так, без доказательств?
