Брик, поняв, что нескольких минут светской беседы не избежать, отошел в сторону, пока Вася, плюясь и матерясь, рассказывал про новый сервис, отработавший всех клиентов. Эти негодяи вложили в раскрутку бешеные деньги, всю дорогу уставили рекламными щитами, ввели какую-то неправедную систему бонусов и карточек со скидками. В общем, вели дела не так, как полагается, и явно напрашивались на то, чтобы сжечь им ночью бокс.
Когда Вася вполголоса высказал последнее предположение, у меня за спиной что-то оглушительно грохнуло. Я обернулся. Заложив руки за спину, Брик с непередаваемой скорбью смотрел на лежащий на полу разводной ключ.
— Ой. Простите, пожалуйста, мою неловкость.
— Да лан, — растерялся Вася и спросил полушепотом, кивнув на Брика: — А это кто?
— Отец одной моей ученицы. Борис Вадимович. Девочка пропала, ищем. Вот потому мы и здесь. — Я достал из кармана листок бумаги, показал Васе. — Номер машины человека, который ее похитил. У тебя же вроде были знакомые люди, которые…
— Димон, — перебил Вася, с сомнением глядя на листок, — ты лучше в ментовку иди, серьезно. Те люди, конечно, вопрос решат, но это тебе в такие деньги встанет… Это тебе не дон Корлеоне. Хотя, если гражданин башляет… — Тут он опять посмотрел на Брика.
— Ты не так понял. — Я настойчиво протягивал ему бумажку. — Мне просто узнать имя владельца и адрес. Дальше сами. К ментам — не вариант. Там сложно все…
Вася не двинулся с места, но как будто бы стал дальше. Руку за бумажкой он так и не протянул.
— И че оно тебе даст? Ну вылезет там — какой-нибудь Иван Петров, из Абакана, с улицы Задрючинской. Кто тут по прописке-то живет? Сам знаешь, треть Красноярска понаехавших, сегодня здесь, а завтра там. Говорю, лучше к ментам…
— Вася, — перебил я. — Ты в глаза мне посмотри. Что не так? Ты не можешь помочь, или не хочешь помочь?
— Просто они мне скажут то же самое, — ответил Вася, мельком взглянув мне в глаза. — Это ж не в «Гугле» спросить, блин. Там тоже люди. И…
— И когда мы найдем этого человека, разрежем на части, и неумело закопаем, нас арестуют и начнут пытать, — продолжил Брик. — Мы расскажем, откуда узнали адрес, они выйдут на тебя. С тебя — на твоих «людей». Те как-нибудь отвертятся, а тебя, когда все мало-мальски уляжется, просто убьют. Вот о чем ты хочешь сказать, но почему-то стесняешься.
— Вась, ты охренел? — возмутился я. — По-твоему, я что, полный дебил? Буду тебя вот так подставлять?
— А что ты с ним сделаешь, а? — с вызовом спросил Вася.
Я молчал. Что я сделаю с Хароном? Понятия не имею. Он ведь не тот человек, которому достаточно врезать под дых, чтобы он заскулил и выполнил три желания. Что если Юля не с ним? Что если он просто завел механизм и теперь спокойно наслаждается, наблюдая, как вертятся шестеренки?
— Да это просто гребаный мажор, — сказал Брик и демонстративно сплюнул в бочку с мусором. — Мальчишка на папиной тачке. Запудрил девчонке мозги, она к нему и сбежала, романтики искать. Потом всю романтику домой в подоле принесет.
На слове «мажор» что-то в лице Васи изменилось в лучшую сторону. Он посмотрел на бумажку задумчиво.
— Мне б с папкой его с глазу на глаз побеседовать, — продолжал сочинять Брик, для пущей выразительности прижав ладонь к сердцу. — Тот, вроде, мужик нормальный должен быть. Пусть сам с сыном разбирается. Либо чтоб ремнем по жопе и в угол, либо пускай женится. А вся эта беготня из дома с отключением телефонов — не дело. А ну как я правда бы ментам сообщил?
Я никогда не подозревал в Брике актерских способностей, но сейчас он убедил даже меня. Ярко представилось, что где-то есть дом, приютивший самую обычную семью из глуповатой влюбчивой девчонки, ее строгого, но справедливого отца. Наверное, мать тоже есть. Сидит дома, вся в истерике, звонит подругам и рыдает.
— Малолетки, — сказал Вася, взяв, наконец, бумажку. — Вот, слава богу, что у меня детей нет. Такая головная боль.
— И не говори, — вздохнул Брик. — Жду не дождусь, когда дочери восемнадцать стукнет. Тогда пусть хоть чего делает, я замки поменяю и дуре своей накажу, чтоб открывать не вздумала. То одно, то другое, то теперь вот так… А я тут с работы отпрашиваюсь, ношусь, как идиот. Это спасибо еще Дмитрий Владимирович помогает, я-то сам безлошадный.
Брик расчетливо бросал семена в плодородные участки почвы. Вася не любил мажоров, которым все досталось без труда. Презирал глупых девчонок, убегающих из дома в поисках романтики (хотя сам, помнится, неоднократно им эту романтику обеспечивал, в рамках закона). Знал, что отпроситься с работы — значит потерять деньги, что смертный грех.
— Подождите, сейчас звякну Морозу. — С этими словами Вася скрылся в «комнате».
Брик взглядом поднял разводной ключ, и тот, описав в воздухе дугу, вернулся на верстак. Посмотрев на меня, Брик пожал плечами:
— Ну извини. Если бы я «не вздумал делать так с Васей», он бы тебя отшил. Заметь, я не менял его сознание, но действовал так, чтобы он изменил отношение к вопросу самостоятельно. Все как ты любишь. Ну скажи, разве я не молодец?
— Молодец, — невесело усмехнулся я.
— Разве я не заслужил сигарету?
