– Она обманщица! – Уверенный голос разнесся над толпой, которая расступилась перед генералом Фалько. Сальвестро шел рядом с ней; на его лице застыла глумливая усмешка. Дамиан узнал голос женщины еще до того, как она возникла в поле его зрения. – Вы правда верите, что можете доверять святой Терпения? Ее история слишком тесно связана с Хаосом.
– Ее стоило изгнать из пантеона вместе с возлюбленным, – заявил Сальвестро.
Несогласные шепотки волной прокатились по людскому морю. Некоторые казались настороженными, другие – откровенно разъяренными. Даже заурядные солдаты всю свою жизнь поклонялись Терпению и остальным пяти святым. Попытаться отречься от ее воплощения в такой момент – смелый шаг.
Дамиан напрягся, уже собираясь броситься вперед и сообщить Сальвестро, что именно он думал о его словах, когда Роз вскинула руку. Она склонила голову набок, изучая Фалько со смертоносным вниманием.
– Ты пыталась привнести в этот город еще больший раздор, – сказала она, и в ее мягком голосе скользила угроза. – Твои руки покрыты кровью тех, кто не заслуживал смерти. И за это ты
Фалько усмехнулась, бросила взгляд на стоявших рядом офицеров и ткнула пальцем в Роз.
– Арестуйте ее.
Ни у одного из них в руках не было оружия, и, возможно, именно это обстоятельство заставило их остаться на месте. Офицеры медлили, с опаской переглядываясь между собой.
– Выбирайте, – предложила им Роз. Ее неземной голос был твердым, но не лишенным доброты. – Ваш генерал или ваша святая.
Мгновение спустя офицеры окружили Фалько. Та бросилась на них, выкрикивая приказы, на которые никто не обращал внимания, но ее быстро обездвижили. Дамиан не смог подавить вспыхнувшее в нем удовлетворение, когда офицеры унесли ее прочь, словно ребенка, впавшего в истерику.
Роз обернулась, чтобы обратиться к Сальвестро. Дамиан был уверен, что она собиралась изложить его преступления, но не успела она начать, как главный магистрат сорвался с места.
Люди в толпе отшатывались в стороны при его приближении, но в этот раз они делали это не из уважения. Сальвестро бежал по территории Палаццо в сторону кладбища – трус до самого конца. Дамиан едва не рассмеялся.
Роз невозмутимо наблюдала за побегом Сальвестро. Она не бросилась в погоню и не попросила об этом других. Вместо этого вскинула руку и призвала ливень, похожий на тот, что она недавно заставила остановиться. Но в этот раз дождь пролился на меньшей территории. Он преследовал Сальвестро, позволив тому добраться до дальнего конца кладбища. Казалось, небо над их головами задрожало.
А потом, под взглядами всех собравшихся, буря поглотила главного магистрата и увлекла его вниз с обрыва.
За этим последовала оглушительная тишина. Если кто-то еще не успел осознать, на что была способна Роз, то теперь ни у кого не осталось сомнений в ее силе.
Дамиан опустился на колени.
Казалось, сперва никто этого не заметил. Но затем Колдер последовал его примеру, рухнув на колени в мокрую траву. Один за другим люди – последователи и заурядные, собравшиеся на территории Палаццо, – склонялись перед воплощением святой покровительницы Терпения. Управлять людьми таким образом – вполне в духе Роз, понял Дамиан, и уголки его губ тронула улыбка. Она использовала веру, которую так сильно ненавидела, себе на пользу, примешивая к ней капельку страха.
Дамиан не знал, как долго простоял так, окруженный обломками полуразрушенного Палаццо, оставшегося у него за спиной. Но наконец взгляд Роз остановился на нем, и тогда он по-настоящему улыбнулся.
Когда она повернулась спиной к толпе, Дамиан встал и поманил к себе Ноэми и еще нескольких офицеров.
– Выведите всех отсюда, – велел он им. – Тех, кто начнет доставлять проблемы, уведите в тюрьму вместе с Фалько. Это касается и других офицеров.
Ноэми выгнула бровь.
– Значит, ты возвращаешься на свой пост?
– Временно. – Если повезет, необходимость в должности командира офицеров стражи отпадет уже в течение следующих дней или месяцев. – У тебя есть какие-то возражения?
– Черт возьми, нет, конечно.
Остальные офицеры склонили головы, и Дамиан похлопал Ноэми по плечу.
– Спасибо, – сказал он, а затем добавил так тихо, чтобы услышала только она. – Когда найдешь Сиену, она наверняка захочет с тобой поговорить. Выслушай ее.
Ноэми покраснела.
– Это приказ, signore?
– Если тебе так угодно.
Как только они ушли, Дамиан повернулся к Роз. Она выглядела довольной, но ледяная отстраненность все еще сковывала ее лицо. Он не знал, что сказать. Быть воплощением Терпения так же сложно, как быть воплощением Хаоса? Начнет ли Роз терять себя частицу за частицей, как это было с Дамианом, или ее превращение уже завершилось? Любовь к Роз была тем единственным, что оставалось неизменным для Дамиана все это время. Но почему у него возникло ощущение, что она не испытывает тех же чувств?
– Только не говори, что действительно собираешься здесь править, – произнес Дамиан, пытаясь говорить легкомысленно, но слова прозвучали сдавленно.
Роз покачала головой, глядя, как офицеры стажи начали оттеснять людей подальше от Палаццо.
