Если то, что Дамиан рассказал о жертвоприношениях, правда, то магия Энцо – последнее, о чем им стоит волноваться. Сколько последователей Хаоса, живущих где-то там, сейчас ощущали в себе новообретенную силу?
– Я очень сомневаюсь, что нам позволено забирать что-либо отсюда, – с сомнением протянул Дамиан.
– Ах,
Как оказалось, Сиена сумела найти путь обратно к лестнице. Девушка была в ярости. Роз не вмешивалась, пока она кричала на Дамиана за то, что тот бросил ее.
– Какого черта, Дамиан? – взревела Сиена. Роз никогда прежде не видела ее настолько злой. Но при этом на лице девушки, обращенном к Дамиану, застыло выражение полного изумления. – Ты сбежал
– Я уже его ударила, – подсказала Роз, ни капли не виня Сиену за ее злость.
Если бы Дамиан бросил в темноте Атенеума
– Сиена, прости меня. – Дамиан покачал головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. – Я не знаю, что на меня нашло.
Но его слова не успокоили девушку.
– Что ты вообще
Он приоткрыл рот, но не произнес ни звука. Роз замерла, гадая, скажет ли друг правду. Расскажет ли остальным о своих страхах и о том, что им удалось выяснить.
– Мне показалось, что я увидел… что-то, – неуклюже соврал Дамиан.
– Но ты не удосужился предупредить ее? – спросил Дев. Подозрение ясно читалось в морщинках, собравшихся вокруг его глаз.
Святые. Они никогда не достигнут цели, если их маленькую компанию будут раздирать на части напряжение и недоверие.
– Расскажи им правду, – велела Роз.
Дамиан крутанулся на месте, широко распахнув глаза, словно не мог поверить в такое предательство. Роз понимала причину его паники: он привык быть лидером. Привык демонстрировать всем маску уверенности и собранности. Но они не могут продолжать лгать друг другу.
Дамиан нервно закрыл лицо ладонями, пока Сиена и Дев настороженно наблюдали за ним. Он вздохнул, а затем поведал им обо всем, о чем рассказал Роз, теперь уже более спокойно, чем прежде. Сиена смягчилась, раздраженно сжатые губы расслабились, и на ее лице отразилось беспокойство.
– Это вообще возможно? – спросила она, когда Дамиан поведал им об остатках влияния Энцо. – Почему магия все еще действует на тебя, а на всех нас – нет?
Дамиан странно дернулся, и это движение почти могло сойти за пожатие плечами.
– Я понятия не имею. В смысле, не знаю, почему магия влияет только на меня. Но это возможно, по крайней мере, если верить книге, которую мы нашли. – Дамиан качнул головой в сторону томика, который Роз все еще сжимала под мышкой. – Это всего лишь собрание историй, но они хотя бы подтверждают, что такое случалось раньше.
Сиена вздрогнула и, казалось, впервые по-настоящему взглянула на Роз с тех пор, как они вернулись к лестнице.
– Почему книга все еще у тебя? – Она вновь перевела взгляд на Дамиана. – Почему? Книги нельзя забирать из Атенеума. Ничего забирать нельзя.
– Мы не можем просто оставить ее здесь, – воспротивилась Роз. – И у нас нет времени на то, чтобы прочесть ее прямо сейчас. Что, если мы можем узнать из нее больше?
Сиена не ответила. Вместо этого она выхватила книгу у Роз так быстро, что у той даже не было шанса отбиться.
– Вы хоть представляете, что бы произошло, если бы мы попытались уйти с этой книгой?
Никто не ответил.
– Ничего.
Роз сильно закусила внутреннюю сторону щеки. Она знала, что Сиена права, но казалось ошибкой оставлять книгу здесь, в темноте. Дамиан, очевидно, думал точно так же, однако безропотно отправился вверх по лестнице следом за Сиеной.
К ужасу Роз, архивариус уже ждала их. Она выплыла из тени, словно призрак, и на ее губах, скрывавших беззубые десны, играла пугающая улыбка.
– Нашли ли вы то, что искали? – спросила она нараспев, и что-то в ее тоне подсказывало, что женщина точно знала, ради чего они сюда пришли.
– Да, – ответила Сиена. – Спасибо.
Улыбка на лице архивариуса не дрогнула.
– Вы знаете, будет вежливо класть вещи туда, где вы их взяли.
Роз нахмурилась. Неужели речь идет про книгу о святых? Но ведь архивариус не могла знать, где они оставили ее.
– Мы знаем, – ответила Сиена, обошла женщину и направилась к главному выходу.
Дев вежливо склонил голову.