Когда Терпение увидела, какой вред Хаос принес земле и насколько сильно магия изменила его, она поняла, что его нужно остановить. Она слишком долго смотрела, как погибают их дети. И тогда она взяла клинок и сама зарезала своего возлюбленного.
Реки вышли из берегов от ее слез, и Смерть, ее верная подруга, предложила сделку. Если Терпение согласится пожертвовать своей человечностью, Смерть использует ее, чтобы вернуть Хаос из-за завесы, и дарует ему смертную жизнь.
Терпение приняла предложение Смерти, и тогда Хаос возродился. Но едва дыхание вновь коснулось его легких, Терпение освободилась от оков бренного мира, и связь между возлюбленными оборвалась. Они больше не были двумя половинами одного целого. Они больше не уравновешивали силы друг друга, ибо какое значение имеет человек для святой?
И так Хаос был изгнан из пантеона и приговорен к тому, чтобы ходить по земле как простой смертный, тогда как Терпение первой вознеслась в следующее измерение. Другие святые в конце концов последовали за ней, потеряв свою человечность под гнетом времени и магии.
Никогда больше дороги возлюбленных не пересекались вновь.
– Значит, Терпение виновата в падении Хаоса? – ахнула Роз. – Почему эту часть убрали из книг, которые есть в Омбразии?
Дамиан пожал плечами, но вопрос был риторическим. Роз уже знала ответ.
– Потому что эта история не вписывается в их версию событий. – Роз смотрела на страницу, не разбирая слов. Получается, в конце Терпение умерла ради своего возлюбленного? Это подразумевал автор, говоря, что она вознеслась в следующее измерение? – Наверняка в Палаццо не хотят, чтобы люди знали о том, что Терпение пожертвовала чем-то ради Хаоса. К тому же, если бы стало известно, что на самом деле Хаос умер как простой смертный, он бы стал казаться куда менее опасным, чем требуется властям.
– Наверное, так и есть, – согласился Дамиан, но Роз видела, что ее догадки не слишком его волнуют. – Но существует кое-что еще. Открой страницу сто тридцать восемь – именно из-за этой истории я переживаю.
Роз сделала, как он просил. Почерк на этой странице был мелким и витиеватым – разобрать написанное оказалось сложно. Роз пробежала глазами по тексту и наконец нашла ту часть, о которой наверняка говорил Дамиан. Ее желудок сжался, и она вскинула голову.
– Дамиан, ты сам говорил, что все это просто истории – сказки, которые детям читают на ночь. Они нужны, чтобы заставить людей чувствовать себя так, словно они понимают этот мир. Эта книга не содержит достоверной информации.
– И?
– И только потому, что в книге есть такое, не значит, что это происходит с тобой. – История на странице, которую Дамиан хотел показать Роз, повествовала о мужчине, который сбежал от последователя Хаоса, а затем узнал, что тот все еще его контролирует. Роз захлопнула книгу. – Эти сказки призваны пугать детей Омбразии. Их наверняка распространяли еще до того, как последователей Хаоса изгнали.
– Но это не значит, что они не правдивы, – возразил Дамиан. – Мы с Сиеной задали вопрос и получили эту книгу в ответ. Это должно что-то значить.
– Ты поэтому бросил Сиену? Чтобы в одиночестве прочитать книгу?
Он провел рукой по лицу, замерев, когда ладонь накрыла рот, так что ответ вышел приглушенным:
– Да. Не знаю, что на меня нашло. Я не хотел, чтобы она спрашивала, почему меня это интересует, поэтому я просто… бросил ее. – Дамиан вновь выругался, на этот раз куда более эмоционально. – Святые, о чем я только думал?
– Нам лучше вернуться и убедиться, что она смогла найти дорогу назад, – сказала Роз. Последнее, чего ей сейчас хотелось, – это провести здесь еще несколько часов в поисках пропавшего члена команды. – Я возьму книгу. Мы лучше изучим ее на лодке и сможем решить, что делать дальше.
