Впервые со дня собрания Дамиан позволил себе подумать о друге. Киран был лучшим из них. Он неизменно сохранял оптимизм и был преданным, несмотря на все, что пережил. Дамиан уже потерял на войне одного лучшего друга. Если потеряет еще одного, неважно, сколько солдат будет держать его на мушке, он покажет этой проклятой стране, что такое настоящий ужас.
Его вели вниз по лестнице, окружив со всех сторон. Он словно оказался в живой клетке. Когда они добрались до первого этажа постоялого двора, первым делом Дамиан нашел взглядом Роз. Она, Сиена и Дев стояли в окружении солдат, хотя Дамиана явно сочли главной угрозой. На лице Дева застыло угрюмое выражение, словно парень уже смирился с их участью. Сиена, как всегда, сохраняла бдительность, но ее плечи заметно расслабились, когда она увидела, как Дамиан спускается по ступеням. Роз, к его удивлению, выглядела самой взволнованной. Ее взгляд то и дело метался к стойке, из-за которой Эдуардо прошлой ночью выдал им ключи. Сперва Дамиан решил, что она смотрит на самого Эдуардо, который в данный момент разговаривал с одним из солдат, но затем он увидел то, что лежало на стойке.
Это был флаг с гербом Палаццо. Тот самый флаг, который Дев срезал и сунул во внутренний карман куртки. Куртки, которую он снял прошлой ночью. Она все еще валялась на стуле всего в нескольких дюймах от того места, где стоял Дамиан.
Внезапно выражение лица Дева обрело смысл.
– Ах ты чертов
Кто бы ни помог им забраться так далеко, ему стоит вмешаться вновь, прежде чем их всех убьют.
Милос подошел к Дамиану и отволок его назад. В темных глазах мужчины безошибочно читалось едкое удовлетворение.
– Все верно. Можешь лгать сколько угодно, но вас сдал ваш собственный подельник. – Милос цокнул языком. – Не знаю, какой у вас был план, но у меня нет сомнений, что ваш командир будет не очень вами доволен.
– Мы не служим в армии Омбразии, – огрызнулся Дамиан, и Милос фыркнул.
– Ты меня, наверное, за дурака держишь.
– Это правда, – вмешалась Роз, услышав их разговор. Один из солдат встал перед ней, пытаясь загородить ей обзор, и она выгнулась, чтобы взглянуть на Дамиана через его плечо. – Мы просто пытались…
Солдат прервал объяснения, толкнув ее в сторону двери. Где-то справа от Дамиана раздался вздох, и он увидел, как Эдуардо вышел из-за стойки. Его усталое лицо исказил испуг.
– Я должен быть удивлен тем, что вы обманули меня
Дамиан едва расслышал вторую попытку Роз все объяснить. Его охватил яростный жар, все внутренности будто разом вспыхнули.
И все же, когда это было так важно, он не мог вспомнить, как выпустить это пламя наружу.
Дамиан не знал, куда они направлялись, но почти через час после того, как их вывели из деревни и повели по узкой грязной дорожке, они приблизились к строению, похожему на военный командный пункт. Здание выглядело ненамного лучше домов в деревне; оно стояло в стороне от дороги, среди рощицы кривых деревьев, и было со всех сторон огорожено забором. Само место выглядело непримечательно. Дамиан подозревал, что это типично для военных сооружений: практичность волновала солдат куда больше, чем внешняя привлекательность. Командный пункт, обращенный фасадом к далекому северу, казался единственным признаком цивилизации на фоне величественных гор.
Солдаты молчали всю дорогу до лагеря. Исключением служил только Милос, который тихо спорил о чем-то с одним из своих подчиненных, шагая во главе процессии. Дамиан шел, не сводя глаз со своих ботинок и пытаясь заставить разум опустеть. Периодически он пытался мельком посмотреть на Роз или Сиену, но они были где-то позади него, и каждый раз, когда Дамиан оглядывался, его пихали в спину дулом аркебузы. Казалось, настал час расплаты, и Дамиана, словно дикого зверя, вели на убой.
Милос взобрался по крутой лестнице к входу, и двое солдат поспешили открыть перед ним широкие деревянные двери. Внутри стены были сделаны из тоже же прохладного серого камня, что и фасад. Дамиан поежился от холода, пока их вели по длинному коридору и эхо их шагов разносилось вокруг дробным шумом. В конце коридора находилась еще одна дверь. Она вела в большую комнату с окном, из которого открывался вид на холмы и реку. Здесь не было ничего особенного: помещение пустовало, если не считать длинного стола, стоявшего посередине. Никто даже не попытался починить осыпающиеся каменные стены, а в одном углу с потолка в неровном, но неумолимом ритме капала вода.
– Арайна, можешь позвать его? – попросил Милос, и женщина, которая целилась из аркебузы Дамиану в голову в постоялом дворе, кивнула, качнув золотой косой, и вышла из комнаты.
