Но прежде чем успел озвучить свое предположение, Дамиан почувствовал острую боль. Кто-то пихнул его коленом в спину и повалил лицом на пол. В это же мгновение его скованные руки дернули назад так сильно, что одно плечо хрустнуло, вылетев из сустава. Болезненный стон сорвался с его губ, и Дамиан попытался сбросить с себя солдат, но это было бесполезно. Их голоса превратились в бессмысленную какофонию звуков. Ему показалось, что он услышал, как Роз зовет его по имени, но ее крик затерялся в тумане и хаосе.
Щека Дамиана была прижата к холодному каменному полу. Он мог лишь беспомощно наблюдать за медленным приближением сапог Колдера. Генерал присел перед ним на корточки.
И тогда, прямо на глазах Дамиана, Колдер махнул рукой, и туман рассеялся. Мир прояснился, и свет вернулся.
–
Но Колдер только нахмурился, словно Дамиан разговаривал на языке, который генерал не понимал. Веселье исчезло из его лица.
– Что ж. Вот
Дамиан не знал, что он имел в виду. Ему было плевать. Его сердце судорожно билось о пол, словно пытаясь вырваться из груди. Он смог разглядеть, как ореховые глаза Колдера заинтригованно сузились, прежде чем мужчина встал и исчез из его поля зрения.
– Пожалуйста, не причиняйте ему вреда. – Голос Роз был куда более высоким, чем Дамиан привык. – Он не знает, что делает, он вел себя странно с тех пор, как…
– Ты даже не знаешь, так ведь? – перебил ее Колдер, а затем скомандовал кому-то другому: – Помогите ему подняться.
Кто-то схватил Дамиана за шиворот, вновь поставив его на колени. От боли в плече у него перехватило дыхание, каждое движение давалось с трудом. Он поднял голову и увидел, как Колдер плотно поджал губы. Роз взволнованно смотрела на него, а лицо Сиены смертельно побледнело. Дева не было видно вовсе – его скрывала фигура генерала.
Колдер сделал шаг вперед и обхватил подбородок Дамиана пальцами. Этот жест вышел до странного нежным. Дамиан немедленно попытался вырваться, но палец мужчины впился в сустав у него под ухом.
– Должен признать, я приятно изумлен тем фактом, что сын Баттисты Вентури – последователь Хаоса, – прошептал Колдер.
За его заявлением наступило мгновение абсолютной тишины. Но еще большая тишина воцарилась внутри самого Дамиана.
– Ты сумасшедший, – наконец прорычал он, и пальцы Колдера скользнули вниз по его шее, прежде чем генерал отпустил его.
– Вы не понимаете. – Роз подалась вперед, но солдаты, стоявшие по обе стороны от нее, потянули девушку назад. Она раздраженно передернула плечами. – Дамиан не последователь Хаоса. Что-то случилось с ним, когда магия Хаоса стала сильнее.
Она сбивчиво объяснила, как Энцо приносил в жертву Хаосу жителей Омбразии, и пересказала события в Святилище, которые стали кульминацией этой истории.
– О, с ним что-то случилось, это точно. – Колдер кругом обошел Дамиана, изучая его, словно коллекционер, который рассматривает необычную картину. – Если бы мне пришлось объяснять, то я бы предположил, что вы, синьор Вентури, так сильно сопротивлялись самой идее стать последователем Хаоса, что годами подавляли свои силы. Но когда магия Хаоса стала сильнее, ее больше нельзя было игнорировать. – Он остановился. – Она обрушилась на вас с мощью, к которой вы оказались не готовы. Магия силой прокладывает себе путь наружу, хотите вы того или нет.
– Я
– А твоя мать?
– Ее род восходит к Хитрости.
Губы Колдера дрогнули.
– Ну разумеется.
Обжигающий гнев разлился в груди Дамиана.
– Ты
– Скажи, как вы смогли попасть в Бречаат? Границу сложно пересечь, особенно посторонним.
– Очевидно, кто-то хотел, чтобы мы попали сюда. Кажется, это ты собираешься использовать нас для того, чтобы торговаться с Палаццо. Так почему бы тебе не рассказать, как так вышло?
–
Невольно Дамиан вспомнил туман в тюрьме, как он сумел сбежать от Фалько и как желал оборвать ее жизнь. В голове по очереди пронеслись вомпоминания, как он столкнул Сальвестро в воду, как туман окутал их, когда они отчалили от пирса, как отчаяние охватило его на границе с Бречаатом. Пот выступил у него на лбу. Он стал более уверенным в себе, вот и все. Преодолел свое отвращение к убийствам и больше не испытывал страха, который мучил его раньше. Это не делало его последователем. Должно существовать другое объяснение магии, которая преследовала их по пути сюда.
– Ты знаешь, что я прав, – прошептал Колдер. – Я все вижу по твоему лицу, даже если ты сам еще не признал этого. Но ты признаешь. Как и любой другой святой, Хаос не потерпит, чтобы его игнорировали.