– Тогда идите, – сказал он, все еще сидя в лодке. Усталость уже оставила след на его лице, но взгляд юноши был полон решимости. – Пусть святые направляют вас обоих.
Дамиан невольно скосил взгляд на Роз, но впервые за последнее время она не поморщилась при упоминании святых. Вместо этого кивнула, сжав губы, развернулась и направилась вглубь города, предоставив Дамиану шагать следом.
И, разумеется, он пошел. Он всегда шел за ней.
Дамиан ожидал, что будет нервничать по пути в Базилику, но вместо этого был полон необъяснимой энергии, словно что-то внутри него вот-вот грозило взорваться. Они с Роз по возможности держались в тени и не разговаривали, прислушиваясь и выглядывая малейшие признаки появления офицеров стражи, патрулировавших улицы. Но из-за церемонии в Базилике вокруг царила тишина, ставшая особенно заметной, когда они покинули кварталы заурядных. Знакомый оранжевый свет уличных фонарей освещал брусчатку на каждом перекрестке, но впервые за всю его жизнь улицы казались Дамиану холодными и чужими. Разве он не любил этот город когда-то? Теперь же, шагая сквозь него, он не испытывал ничего, кроме гнилостного гнева, обосновавшегося у него в животе.
Интересно, эти ли чувства обычно испытывала Роз? Напоминали ли улицы ей об отце и о том, как он мог бы по ним ходить, если бы остался жив? Проходя мимо домов в каждом квартале города, ощущала ли она прилив ненависти к себе за то, что стала одной из тех, кого Якопо Ласертоза так сильно презирал?
Едва Дамиан подумал об этом, как его накрыло понимание.
Не успев опомниться, он свернул за Роз в аллею, которая вела прямо к Базилике. Грандиозное здание – по-прежнему суровое и величественное – располагалось в самом центре окутанной сумраком пьяццы. Роз остановилась. Дамиан оторвал взгляд от посеребренного лунным светом изгиба ее шеи, на которой дико билась ниточка пульса. Пьяцца пустовала, а это значит, что церемония уже началась. Несколько офицеров стражи стояли у входных дверей Базилики, но они с Роз были к этому готовы. Дамиан узнал обоих охранников. Первый – мужчина по имени Маттео – был одним из его доверенных офицеров. Со вторым – мальчишкой по имени Петир – он тоже знаком, хотя и не очень хорошо.
– Дождемся, пока они отвернутся, – прошипела Роз, прижавшись боком к ближайшему зданию. Она собрала свои волосы в привычный длинный хвостик и держала одну руку на рукояти пистолета, висевшего у нее на поясе. Впрочем, ее непоколебимый взгляд сам по себе был смертельно опасным оружием. – А потом нам придется пробежаться.
Она склонила голову в сторону боковой двери Базилики. Между дверью и тем местом, где они затаились, пролегала широкая полоса брусчатки. Несколько витражных окон Базилики выходили на эту сторону пьяццы, но было невозможно сказать, наблюдает ли кто-то за ними изнутри.
– Ты первая, – сказал Дамиан.
Ее рука дрогнула, словно Роз хотела прикоснуться к нему, но затем девушка сжала ладони в кулаки и опустила руки по бокам. Ее взгляд метнулся от одного конца улицы к другому.
– Ладно.
Она сорвалась с места, и шелест ее шагов был не громче шепота. Сердце Дамиана дрогнуло, когда Роз исчезла за углом Базилики, но затем она вновь возникла в поле его зрения, неподвижно замерев в ожидании.
Он повторил ее маневр: обвел взглядом улицу, прислушиваясь к малейшему шороху. Ничего не обнаружив, он пересек пьяццу за дюжину длинных шагов, изо всех сил стараясь не смотреть на витражные окна Базилики.
Роз притянула его ближе к двери. Дамиан никогда не пользовался ею, ведь прежде у него не было причин избегать парадного входа. Даже эта боковая дверь была богато украшена. В свете уличной лампы он смог разглядеть маленькие фигурки безликих святых, вырезанные в камне вокруг дверной рамы. Их завернутые в плащи фигуры резко выделялись на фоне замысловатых изображений растений. На бронзовой ручке виднелись потертости после веков пользования. Над ручкой в дверь был врезан замок.
На короткое мгновение уверенность Дамиана пошатнулась. Когда он занимал должность главы охраны Палаццо, одного касания было достаточно, чтобы попасть в любое общественное здание города, но вдруг этот замок уже заменили или изменили с помощью магии Терпения? Есть только один способ проверить. Дамиан обхватил ручку пальцами.
Дверь не поддалась, и все внутри Дамиана напряглось. Но мгновение спустя замок щелкнул, Дамиан плечом толкнул дверь, и их лица овеяло дуновение холодного воздуха. Они оказались в коротком коридоре, укутанном тьмой. Дамиан вдохнул знакомый аромат лакированного дерева и затхлости, дожидаясь, пока глаза привыкнут к темноте. Когда это произошло, он оглядел несколько ступеней лестницы, что вела в склеп Базилики. Вторая лестница рядом спиралью уходила в небытие.
– Мы сможем подняться по ней прямо на балкон? – спросила Роз.
Она говорила едва слышным шепотом, несмотря на то что вокруг никого не было. На самом деле тишина почти нервировала, словно холодный камень впитал в себя все звуки этого места.
