Ненависть начала пробуждаться в ней, когда её лишили дома. Маленькая Мей осталась одна на улице, вынужденная скитаться по помойкам. Жители деревни, проходящие мимо неё, смеялись и обсуждали её за спиной, тыча своими пальцами. Мейко стала привыкать к такому обращению, пытаясь не акцентировать на этом своё внимание.
Мей не успела заметить, как картина перед глазами вновь поменялась, и она видела перед собой заснеженную свою деревню. Девочка плутала по улицам родной деревни, не имея своего пристанища. Она заходила в узкие переулки, дабы скрыться от снега и пронзающего ветра. Её ноги уже давно закоченели от холода, а желудок протяжно выл, нуждаясь в еде.
С тех пор, как все покинули её, Мей лишилась всего. Без еды, без денег и без крова, она бомжевала на улицах деревни, прося у прохожих еду. Крайне редко кто-то помогал ей, узнавая в ней сестру того, кто убил половину деревни. Все отворачивались от неё.
Сидя в снегу, Мей чувствовала, как ненависть поднимается к ней. Раньше она чувствовала лишь презрение к себе, не понимая, почему всё это происходило с ней. Но лишь со временем девушка стала понимать, что дело было не в ней, а в людях, что окружали её. Это они были во всём виноваты. Это они не помогали ей. Это они ненавидели её, а в ответ начала их ненавидеть и Мей.
Также ненависть стала просыпаться и к родному брату, который был причастен ко всему тому, что ей пришлось пережить. Она не могла вспомнить все те дни, когда её избивали на улице прохожие, как и все те многочисленные разы, когда её находил Сеиджи. Ненависть с каждым днём всё больше и больше пожирала Мейко изнутри, пока один вид деревни не заставлял её дрожать от злости.
Её прошлая жизнь закончилась тогда, когда она потеряла сознание, завалившись в сугроб снега. Никто и не планировал подходить и помогать девушке. Казалось, все только и ждали того момента, когда она наконец-то умрёт, попросту замёрзнув на улице. Но этому не суждено было сбыться.
Находясь где-то на грани жизни и смерти, Мей видела пустое тёмное пространство, где не было никого, кроме её самой. Она летала в темноте, осматриваясь по сторонам, не зная где выход. Мейко даже не знала, стоило ли вообще искать выход из этого места, ведь оно выглядело гораздо спокойней того места, где она обитала.
— Я могу тебе помочь, дитя, — прозвучал скрипучий мужской голос отовсюду.
Мей резко обернулась, пытаясь найти источник звука, но его нигде не было. Мейко продолжала плавать в темноте, не видя ничего перед собой, но голос был слышен настолько ясно, что не вызывало сомнений, что здесь она находилась не одна.
— Кто ты? — встревоженно спросила девушка, оборачиваясь по сторонам.
— Я есть многое, и в то же время ничто, — ответил голос, разносясь со всех сторон. — Ты знаешь меня как Джашина, Бога, про которого говорится в запретных свитках. Стоит людям найти их, как я прихожу к ним, чтобы направить на путь истинный. Моё верование заключается в том, чтобы последователи не приносили ничего меньшего, чем полное уничтожение и смерть. Я пришёл к тебе, потому что знаю, что это и есть твоё истинное желание.
— Уничтожение и смерть? — переспросила Мейко.
— Да, — ответил скрипучий голос. — Ты желаешь мести и отмщение. Твоё сердце наполнено тьмой, которая поглощает твою душу. Твоя душа как никогда подходит мне, и, если ты продашь её мне, посвятив себя моему пути, то я вознагражу тебя.
— Чем же?
— Силой, могуществом, бессмертием.
— Силой, — тихо повторила девушка, смотря на свои бледные руки. — Что мне для этого нужно делать?
— Ты и так всё знаешь, дитя, — ответил голос. — Ты читала все те свитки, что были у вас в доме. Всё, что там написано — является правдой. Следуй моим приказам, и ты получишь желаемое.
— Если я буду твоим последователем, и буду приносить все те жертвы, что ты попросишь, то я обрету силу? Я смогу отомстить всем им?
— Сможешь, дитя, — голос стал тише, а затем, после секундного затишья, стал столь громким, что Мейко непроизвольно зажала свои уши. — Ну так что? Ты согласна вступить на путь Джашина?
На краткий миг Мей засомневалась в том, что эта была хорошая идея, но мысли о том, что все те, кто причинил ей боль, будут также страдать, грело её душу. Она представила лица тех людей, скорченные от боли, и эта картина понравилась ей.
Мей никогда не была жестокой, но всё повернулось так, что жизнь научила её более не доверять людям. Ждать от них подлости и удара в самый неподходящий момент. Ждать, когда родной брат отвернется от тебя, оставив со всеми проблемами. Как он мог? Это Хидан был во всём виноват. И теперь, когда Мей обретёт силу, она отомстит ему. Она отомстит им всем за всё то, что ей пришлось пережить.
— Я согласна, — уверенно ответила девушка, сжимая свои кулаки. — Что мне делать?
Голос пропал на несколько секунд, прежде чем раздаться прямо над ухом Мейко. От столь неожиданного действия у девушки пошли мурашки по спине, но она стойко осталась стоять на месте, не делая шаг в сторону. Сначала подул лёгкий ветер, растрепав её волосы, а затем Мей почувствовала ледяное дыхание на своей шее.
— Убей их всех, — ответил ей голос.
