— Это не так уж и маловероятно, раз ты там целую вечность провела. — Он улыбнулся. — А к чему ты готовилась? Мы просто будем спать вместе, в буквальном смысле.
Я была рада, что он не мог видеть, как я покраснела в темноте.
— С тобой никогда ничего не знаешь, Хейден. Я бы не удивился, если бы проснулась среди ночи от того, что ты что-то со мной делаешь.
Он расхохотался, и в моем животе затрепетало. Мне удалось его рассмешить. Потрясающе.
— Моя девочка наконец-то научилась меня подкалывать, — саркастически сказал он, но все, о чем я могла думать, было то, что он сказал «моя девочка». — Теперь не подкидывай мне никаких идей, потому что я бы не хотел ничего больше, чем разбудить тебя вот так.
Ладно, я была далеко не в своей лиге. Чем больше я играла в его игру, тем больше в нее попадала, а я была неопытна по сравнению с ним. Он не был девственником, и у него не было запретов, когда дело касалось секса, или так я слышала в школьных коридорах от сплетничающих девчонок.
Я легла рядом с ним и положила голову ему на плечо, пытаясь успокоить свое бушующее сердце. Я слишком хорошо осознавала его близость, его идеальный запах, его твердые мышцы под моей головой, которые ощущались лучше любой подушки, потому что они давали мне чувство безопасности. Я хотела его, но что, если я сделаю что-то не так?
— О чем ты думаешь? — Спросил он меня, медленно поглаживая мои волосы.
Я решила быть честной.
— О том, как я не могу угнаться за тобой, когда дело касается секса. Я неопытна, и я боюсь, что разочарую тебя.
— Не надо. Это неважно. Мне понравится все, что ты сделаешь.
— Ты говоришь это просто для того, чтобы мне стало лучше.
— Это правда. Разве ты не понимаешь? Я люблю тебя, поэтому все, что ты сделаешь, будет лучшим, черт возьми, делом на свете.
Его слова вызвали тлеющий жар, который усилился, когда он провел рукой по моей шее и плечу, опасно приблизившись к моей груди. Мои щеки вспыхнули. Я больше, чем когда-либо, ощущала свою маленькую грудь.
— Кроме того, мы всегда можем попрактиковаться. — Он опустил руку мне на грудь. — И еще раз попрактиковаться. — И он полностью ее накрыл. — И еще раз…
— Я люблю тебя, Сара. Так что не стыдись передо мной. Хорошо? Помни, теперь мы команда.
И с этими словами он поцеловал меня, показав, насколько правдивы его слова.
Я прошла по плохо освещенной комнате, заполненной кровью, потом и подозрительными людьми. Я была благодарна, что Кайден был рядом со мной, потому что это место вызывало у меня мурашки. Большая часть толпы собралась в центре комнаты, и громкие крики и ликование разнеслись в моем сознании.
— Убей! Убей! Убей!
— Прикончи его!
— Блэк! Блэк! Блэк!
— Давай, Аксель! Прикончи его!
Мое сердцебиение удвоилось, и мне стало плохо. Я зажала рот рукой.
— Ты в порядке? — Спросил меня Кай.
— Я в порядке, но Хейден — нет. Мы должны его спасти!
— Убей! Убей! Убей!
Скандирование стало громче, обостряя мой страх, доводя меня до грани паники. Мне нужно было помочь Хейдену!
Я промчалась сквозь толпу, расталкивая людей по пути к нему. Он сражался с Акселем посреди чистого участка земли, и, судя по звукам, он проигрывал. Все его лицо было в синяках, а кровь из порезов стекала по лицу на пол. Это выглядело ужасно, как и остальные раны на его теле. Он едва стоял на ногах, и я не могла без боли видеть его таким.
— Хейден, — закричала я, но крик не вырвался из моего горла.
Кай обнял меня, чтобы помешать мне приблизиться к Хейдену. Тело Акселя было огромным и набитым тяжелыми мышцами, но у него не было лица, только размытая пустота на его месте. Я вспомнила, как Хейден сказал, что Аксель играет грязно, что подтвердилось в тот момент, когда он выхватил нож из ниоткуда и бросился на Хейдена.
— Хейден, — снова закричала я, но снова было тихо, и я начала биться в Кайдена в отчаянной попытке освободиться. — Отпусти меня! Почему ты не помогаешь ему?! Ему нужна помощь!
— Мы не можем ему помочь, Сара, — его голос был таким же спокойным, как и всегда. — Только он сам себе может помочь, — он произнес те же самые слова, что сказал мне давным-давно, и я замерла.
— Что ты сказал?
— Я говорю, что драки — это его способ справиться с болью. Это извращенно, потому что это помогает ему остановить боль, и это дает ему боль, в которой он нуждается.
— О чем ты говоришь? Ему нужна боль?
— Да. Она ему нужна. Он жаждет ее. Это ужасно, правда? Тебе нужно избавиться от этой боли, но в то же время она тебе нужна? Ты зависим. Боль — это то, кто ты есть, и без нее… ты теряешь себя.
Хейден увернулся от ножа Акселя, и все вокруг меня превратилось в размытое пятно, когда слова Кайдена рикошетом пронеслись через мой разум. Если это был его выход, если это помогает ему найти себя, как, черт возьми, он когда-нибудь перестанет драться?
Крик Хейдена пронесся по комнате, и я подняла глаза и увидела, как он падает на землю с ножом Акселя, торчащим из его груди.
