Все происходило в замедленной съемке: Кайден исчезает, Хейден истекает кровью на земле, Аксель дает кому-то пять, прежде чем появляется пожилой мужчина, который, как я предположила, был таинственным Ти…
— Хейден! Нет! Кайден, вернись! НЕТ!
Я посмотрела на бледное лицо Хейдена, испытывая сильнейшую боль, и мне казалось, что весь мой мир рушится. Воспоминание о стеклянных глазах Кайдена преследовало меня, когда я упала на колени и пошла к Хейдену с последней крупицей сил во мне. Меня окружала жуткая тишина и неподвижные люди, которые продолжали преследовать меня своими пытливыми глазами.
К тому времени, как я добралась до Хейдена, он уже был мертв, лежал в луже своей крови, и все перестало существовать. Моя реальность почернела, а страхи и печали плотно окутали меня, пока не осталось ничего, кроме зияющей пустоты, опустошающей и разрушающей душу.
Прежде чем я успела издать крик, меня вытащили из темной комнаты…
И я резко открываю глаза, и ужас накидывается на меня. Мое сердце яростно бьется в груди, и я готова разрыдаться, но потом вспоминаю, что я не в своей комнате.
Я повернулась, чтобы посмотреть на Хейдена, ожидая увидеть его спящим, но он был совершенно бодр. Он уставился в потолок, и даже в темноте я могла различить его измученное выражение лица. Что-то его беспокоило, что-то не давало ему спать. Спал ли он вообще? Все мои страхи и боль временно забылись, я схватила его за плечо и подтолкнула его.
— Хейден? Хейден, ты в порядке?
Он ответил мне взглядом с отсутствующим взглядом, и мой живот скрутило.
— Пожалуйста, скажи мне, что происходит. — Он просто смотрел на меня, выглядя еще более потерянным, чем когда-либо, и я почувствовала себя беспомощной.
Я собиралась потянуться к нему, когда он внезапно навалился на меня и поцеловал, что положило конец всем моим стремительным мыслям. Я немедленно ответила, наслаждаясь теплом глубоко внутри меня, пока не почувствовала, как его боль просачивается в меня. Он передал это через свои губы, которые отчаянно двигались по моей шее, даря мне горько-сладкое удовольствие, от которого мое сердце заныло.
Его рука нашла свой обжигающий путь под моей рубашкой и поднялась по талии и остановилась на моей груди. Уже задыхаясь, я схватила его голову, которая низко висела над моей грудью, но затем я замерла, когда что-то мокрое коснулось моей рубашки над левой грудью. Следующая капля быстро последовала за первой, и ужасная боль впилась когтями в мою грудь.
— Хейден?
Он не двигался, его рука застыла на моей груди. Его слезы продолжали капать, и я слишком поздно поняла, что он дрожал все это время.
— Хейден, посмотри на меня. — Я попыталась заставить его посмотреть на меня, но он не сдвинулся с места. — Я здесь. Посмотри на меня.
Наконец он поднял голову, и мне едва удалось подавить всхлип. Его черты были искажены разрушительной болью, и его слезы беззвучно скользили по его щекам, оставляя душераздирающее свидетельство его глубоко укоренившихся страданий.
— С тобой все будет в порядке. Я здесь, — прошептала я ему и включила лампу на его тумбочке.
Не произнося ни слова, он снова лег и пристально смотрел в потолок, его дыхание стало учащенным. Я не отрывала от него глаз, пока мой разум работал, чтобы придумать способ помочь ему.
— Скажи мне, что тебя беспокоит. Тебе станет лучше, если ты поделишься этим со мной. — Его дыхание участилось. — Эй. — Я наклонилась к нему и обхватила его щеки, чтобы снова привлечь его внимание ко мне. — Дыши медленно.
Он нахмурился. Он оставался тихим, но его глаза сказали более чем достаточно. Его рука была такой холодной, когда я взяла ее в свою.
— Я здесь с тобой. Я выслушаю тебя. Дыши медленно.
Я повторила это еще пару раз, пока его дыхание не достигло нормальной частоты, что напомнило мне о том времени, когда он помог мне справиться с моей панической атакой. Он все еще был далек от нормального, но худшее уже прошло, поэтому я села у изголовья кровати и положила его голову себе на колени.
— Поговори со мной, — подбодрила я его еще раз и погладила его по волосам.
— Я не могу спать, — наконец сказал он хриплым голосом. — Всякий раз, когда я закрываю глаза, я вижу ужасающие образы.
Я ждала, что он продолжит, но он этого не сделал. Он был очень уязвим, поэтому ему было бы трудно открыться мне, но я надеялась, что он это сделает.
— Ты хочешь поговорить об этом?
Его лицо было пейзажем его молчаливой битвы, когда он закрыл глаза и стиснул челюсти. Я не настаивала на ответе, медленно поглаживая его волосы.
— Я вижу так много всего. Я вижу Кайдена. Я вижу тебя. Я вижу, как я снова и снова терплю неудачу. И многое другое.
Кайден. Болезненные вопросы снова всплыли, и я убрала руку. Мой взгляд упал на его шрам.
— Кайден?
— Я вижу тот несчастный случай. Я вижу его слишком часто, и это слишком.
Знакомое чувство вины медленно выглянуло наружу, но я не зацикливалась на нем. Я не позволила своему старому мышлению разрушить достигнутый мной прогресс.
— Что ты видишь?
