— И с тобой, малыш. И с тобой.
Странное дело — быть родителем. Родители воспитывают ребенка, считая, что их задача — научить свое дитя… в общем, всему. Есть, жить, дышать, работать, играть, существовать. Мать советует сыну, как вести себя с задирами в академии, какие улицы безопасны, а какие нет, как ездить на бала-бала, не врезаясь в стены. Без всего того, чему учат родители, ребенку не выжить. Естественно, в том нет его вины. Новорожденный — чистая доска, и мать с отцом должны сделать на ней запись, которая послужит в дальнейшем инструкцией по применению. Сделать так, чтобы ребенок не умер, пытаясь понять, как следует жить.
Выключить режим родителя очень нелегко. Не так-то просто почувствовать, что ребенок сбросил мантию невежества и сам решает, как следует поступать.
Или — просто — как жить.
Вот только сейчас Норра этого не чувствует.
Потому что ее сын собирается убить их обоих.
Она вскакивает на мотоспидер, и Теммин вылетает из люка «Мотылька», словно джоганская летучая мышь с подоженными крыльями. Норра тянет его за руку, показывая в сторону джунглей, — в густом дождевом лесу легко затеряться. У штурмовиков нет соответствующей подготовки, и они не самые лучшие водители спидеров. Теммин и Норра легко смогут скрыться среди джунглей и лиан, может быть, даже в каньоне.
Но Теммин не обращает на нее внимания.
Похоже, это больше не в его привычке, хотя раньше он ее слушался. Хороший мальчик. Да, всегда себе на уме, но он считался с матерью и делал то, что она ему говорила.
Что-то определенно изменилось. Она говорит ему, чтобы он ехал в джунгли, а он направляется в противоположную сторону — обратно в город.
Но ведь улицы слишком узкие! Конечно, они могут выбрать какую-нибудь из главных дорог, свернув в сторону центрального делового района или шоссе номер 66, но первый будет запружен народом, а второе — машинами и стадами животных. Норра снова пытается кричать сыну, чтобы тот развернулся и ехал в джунгли, но он отмахивается…
В то же мгновение лазерные разряды вгрызаются в грязь и камни рядом с ними.
Оглянувшись, она видит два быстро нагоняющих их мотоспидера.
Штурмовики, сгорбившиеся над рулями, мчатся на максимальной скорости. Из-под носовых лопастей машин вырываются красные лучи бластерных выстрелов.
— У нас гости! — кричит она в ухо Теммину.
Быстро кивнув, он резко сворачивает вправо, перескочив через обочину, а затем под ними оказывается разбитый пластокрит, ведущий прямо в извилистый переулок.
По обеим сторонам проносятся стены. У Норры перехватывает дыхание. Пара сантиметров туда или сюда — и им конец. Если она хоть чуть-чуть пошевелится, стена обдерет ей колено или локоть, словно крупный наждак, и это тоже станет концом для них обоих. Внезапно спидер подпрыгивает и перелетает через пересекающее переулок проволочное заграждение.
Позади них совершают такой же прыжок машины преследователей. Теперь они летят друг за другом, а не рядом, — соответственно, стрелять может только один. Что ж, ее сыну в сообразительности не откажешь. Может быть.
Пока они не разобьются, совершив слишком крутой поворот.
Теммин действительно резко сворачивает, огибая восьмиугольное здание. Кажется, это старый банк, а значит, они направляются в сторону рынков и делового района. Там просторнее, но и опаснее. Народу там как астероидов в открытом космосе, а ей меньше всего хочется увидеть, как превращается в красные брызги какой-нибудь несчастный торговец космическими кораблями или продавец листьев квилка.
Впереди, между штабелями ящиков — дорога к деловому району.
Ящики подпрыгивают и содрогаются от попадающих в них бластерных выстрелов.
Приближается поворот…
Но Теммин пропускает его.
Он продолжает ехать прямо.
Впереди — низкая стена. Тупик. Обычная груда мусора: мотки проволоки, еще ящики, куски гофрированного алюминия.
— Теммин! Теммин! — кричит Норра, но он лишь показывает ей большой палец.
— Поверь мне! — кричит он в ответ.
Поверить сыну.
Поверить, что он примет верное решение.
Поверить, что он не убьет себя, ее и висящих у них на хвосте двоих штурмовиков.
Только теперь она понимает: он не собирается ехать вперед.
Он собирается прыгнуть вверх.
Один быстрый выстрел из носового бластера — и алюминий соскальзывает влево, превращаясь в пологий пандус. Теммин слегка разворачивает спидер, и в следующее мгновение Норре кажется, будто ее желудок остался где-то в трех метрах позади, на земле.
Мать чувствует, как напрягается ее сын, а затем турбоускорители резко бросают машину вперед.
Спидер взмывает по пандусу над ящиками, затем мчится вдоль верха короткой стены, подпрыгивая на неровностях, словно лодка на волнах. Машину бросает вверх и вниз, и Норра еще крепче вцепляется в пояс сына.
За их спинами один из штурмовиков пытается совершить тот же маневр.
Нос спидера цепляется за край стены, и его задняя часть взмывает вверх. Штурмовик с криком летит вперед, а затем на него всей массой обрушивается спидер, взрываясь огненным шаром.
