– Я очень люблю её, – обратился ко мне парень в перерыве между поцелуями, видимо ощущая некую неловкость от столь бурного проявления чувств на глазах всего автобуса, – я думаю о ней и вечером, когда засыпаю, и утром, едва проснувшись…
– Она привлекательная. – сказала я, желая поддержать его.
– Хорошая, самая хорошая, умная, нежная… – отозвался парень.
Перед выходом из автобуса, я пожелала им счастья, чтобы и через 100 лет их чувства друг к другу не угасали. Парень страстно поблагодарил меня.
В эту минуту он действительно был счастливым человеком, потому, что смотрел на меня и не мог видеть лица своей спутницы. Оно стало вызывающе-злым и некрасивым. Трудно передать словами все отразившиеся в нём в этот миг эмоции. Но главная из них была – и за что ты желаешь мне такого «счастья».
Мужик в электричке говорит: «Да чего их руками собирать, я беру бутылки по 0,75, кидаю на дно картофельные очистки и раскладываю по грядкам, они сами наползают, и жуки, и личинки, мне остаётся только бутылки выбрасывать и новые класть».
– Да знаю, знаю, делала я уже так. – отзывается женщина из соседнего ряда.
И в электричке тишина. Всем интересно – помогло или нет?
– И что?!
– Да вот тебе и что. Иду в сторону своего огорода из автобуса, и ничего не понимаю. Параллельно со мной движется живая дорожка из колорадских жуков. Пришла на огород, смотрю, а они уже в бутылки под завязку набились и выстроились в очередь, ждут, когда бутылку поменяю.
Вагон электрички. У всех вёдра, корзины с грибами, ну и естественно, что все наверх выложили самые крупные и красивые грибы.
А в отдельных сёлах грибами называют только белый гриб.
И едет мужик – корзинка – одни опята.
А одна бабка пристала к нему:
– Что гриба не нашёл?
– Да вот же! Целая корзина грибов!
– Где? Ни одного гриба! Одни опята!
– Да Вы ничего не понимаете! Опёнок самый экономный гриб. А уж для замужних женщин, у которых мужики пьют, ему и вообще цены нет.
– Это ещё почему?
– Всегда свежая закуска в доме, его сколько не жуй, он всё равно целым выходит.
Дачные участки, среди лесного массива, поросшего ежевичником, заросли которого подходят вплотную к огородам.
Жаркий солнечный день. Уже набрала полведра крупных, налитых соком ягод. Ежевика пахнет до одурения. И вдруг к ней начал примешиваться какой-то другой запах, сначала даже не поняла что пахло. И, как по ниточке, по этому запаху, а там – заросли крупной зрелой малины. Недолго, правда, я её собирала, до первого крика. Хозяйка, оказывается, чтоб малина ей огород корнями не засоряла, под ограду с наружной стороны её высадила.
Меня всегда возмущает, когда о каком-то народе говорят плохо. Мой собственный жизненный опыт, рассказы родителей, да и вся история человечества свидетельствует, что в каждом народе наличествуют свои герои и свои подлецы, что, впрочем, не является противопоставлением, и не исключает одно другого.
У нас на факультете цыган учился. Имени уже и не помню, столько лет прошло. Работал он то ли инженером, то ли техником. Добрый хороший, вполне современный парень. В жёны взял украинскую девочку с нашего же института, сыночек у них родился.
Мне потом пришлось уехать, а друзья рассказывали, что разошлись они. И ребёночка ей не отдали. А причиной, говорили, было то, что её заставили уволиться с работы, бросить учёбу, и пытались приобщить к традициям цыганской общины. И он её не защитил…
Открылась дверь, и в комнату женского общежития вошла элегантно одетая цыганка средних лет, предлагая гадания и привороты. Молоденькие девчонки сразу бросились к ней, как стайка воробушков на раскиданный хлебный мякиш.
Условия приворота были простые. Надо было отдать подарок от коварного возлюбленного, желательно серебряный или золотой, его фотографию и какую-нибудь свою новую ненадёванную вещь, а через день вырыть всё это ночью, из указанного цыганкой места на кладбище.
Цыганка соглашалась и на любую половину указанного набора. Смущало девчонок одно – на кладбище надо было идти поодиночке, каждой в другую ночь. То, что идти было очень далеко пешком, по ночному городку было ничего. А вот на самом кладбище ночью страшно, а ещё и землю рыть…
Но чего не сделаешь ради любви. Правда, страшно ли ночью на кладбище, так никому и не пришлось узнать. )))
