Вера сидела на диване, не сводя с него глаз. Она провела ночь в смятении, почти без сна. Почему Пол в Швейцарии? Почему полиция везет ее к нему? Может быть, он ранен или даже при смерти?..
Поезд остановился. Что-то зашипело, и с грохотом открылись двери вагона.
– Мы сразу пересядем на другой поезд, – сказал фон Хольден. – И имейте в виду – вы по-прежнему в распоряжении федеральной полиции.
– Вы везете меня к Полу – неужели вы думаете, что я сбегу?
Вдруг в дверь купе громко постучали.
– Полиция! Пожалуйста, откройте дверь!
Полиция? Вера взглянула на фон Хольдена. Не обращая на нее внимания, он снова посмотрел в окно. Перрон был переполнен, но полицейских – по крайней мере, в форме – фон Хольден не увидел.
Стук повторился.
– Полиция! Немедленно откройте!
– Это ошибка, – сказал фон Хольден, отходя от окна. – Они, должно быть, ищут кого-то.
Он слегка приоткрыл дверь и выглянул из купе, надев очки, словно для того, чтобы лучше разглядеть посетителей.
– Что такое?
За дверью стояли двое в гражданской одежде, один высокий, другой пониже, чуть поодаль – полицейский в форме, с автоматом. Эти двое, без сомнения, детективы.
– Выйдите, пожалуйста, из купе, – сказал высокий.
– Берлинская криминальная служба, – произнес фон Хольден, открывая дверь пошире, чтобы они увидели Веру.
– Выйдите из купе! – повторил высокий. Они ищут преступника по фамилии фон Хольден. Возможно, это он и есть. Но может быть, и нет. У человека на фотографии не было очков. К тому же он сам из полиции. И что это за женщина в купе?
– Пожалуйста. – Фон Хольден шагнул в коридор. Второй детектив смотрел на Веру, полицейский – на фон Хольдена. Тот улыбнулся.
– Кто эта женщина? – спросил высокий.
– Заключенная. Арестована по подозрению в терроризме.
– Куда вы ее везете?
– В Бад-Годесберг.
– Где сотрудница полиции?
Вера посмотрела на фон Хольдена. О чем это они?
– Не хватило времени, – спокойно ответил фон Хольден. – Никого не было на месте. Все из-за Шарлоттенбурга.
– Удостоверение.
Фон Хольден краем глаза заметил, что полицейский смотрит в окно. По перрону шла красивая женщина. Они расслабились, подумал фон Хольден, они начинают мне верить.
– Да, конечно. – Он вынул из внутреннего кармана тонкий бумажник и протянул невысокому детективу; затем взглянул на Веру. – С вами все в порядке, мисс Моннере?
– Я не понимаю, что происходит.
– Я тоже.
Фон Хольден повернулся; раздались два негромких щелчка, похожих на плевки. Глаза полицейского расширились, а колени подкосились. В тот же миг дуло пистолета уперлось в лоб маленького детектива; еще один щелчок – и он опрокинулся навзничь с пробитым черепом. Фон Хольден отскочил; пуля, выпущенная из девятимиллиметровой «беретты» высокого детектива, скользнула по рукаву его куртки. Фон Хольден дважды выстрелил из маленького, размером в ладонь, пистолета 38-го калибра с глушителем. Лицо детектива на мгновение исказил гнев, затем и он рухнул на пол.
Через несколько секунд фон Хольден и Вера шагали по перрону, слившись с толпой пассажиров. На левом плече фон Хольден нес рюкзак, правой рукой крепко сжимал локоть Веры. Лицо ее было белым от ужаса.
– Послушайте, – произнес фон Хольден, рассеянно глядя вдаль и словно поддерживая светскую беседу. – Эти люди – не полиция.
Вера шла молча, пытаясь взять себя в руки.
– Забудьте о том, что произошло, – сказал фон Хольден. – Просто выкиньте из головы – и все.
Они вошли в здание вокзала. Фон Хольден оглянулся, но полицейских не увидел. Часы над газетным киоском показывали 7.25. Он высоко поднял голову, пробежал взглядом расписание поездов и, найдя то, что искал, повел Веру в закусочную и заказал кофе.
– Выпейте.
Вера колебалась. Фон Хольден ободряюще улыбнулся.
– Ну пожалуйста…
Вера взяла чашку дрожащими руками. Только теперь она поняла, как испугалась. Она сделала глоток; кофе приятно согревал и немного ее успокоил. Вдруг Вера ощутила, что фон Хольдена рядом нет. Он вернулся с газетой в руках.
– Я же говорил вам, что эти люди – не из полиции. – Он склонился к ее уху. – В Германии, с момента ее объединения, существует новая, пока подпольная нацистская организация, но она набирает силу и строит большие планы. Прошлым вечером в Шарлоттенбургском дворце в Берлине собрались сто наиболее влиятельных и уважаемых, демократически настроенных граждан Германии, чтобы пролить свет на будущее своей страны…
Бросив взгляд на часы над киоском, фон Хольден развернул газету. На первой странице была огромная фотография объятого пламенем дворца и заголовок: «Шарлоттенбург горит!»
– Зажигательные бомбы. Погибли все. По вине этих новых наци.
– Вы, наверно, не случайно говорите мне об этом? – Вера чувствовала, что он что-то от нее скрывает.
Фон Хольден издалека увидел, как к поезду, из которого они только что вышли, бегут полицейские. Он снова посмотрел на часы: 7.33.
– Пойдемте, пожалуйста.
Он взял Веру под руку и повел к другому поезду.
– Полу Осборну стало известно, что его помощники – не те, за кого себя выдают.
– Маквей?! – Вера не верила своим ушам.
– И он тоже.
– Нет! Не может быть! Он же
