Массимо нажимает ладонями Сандро на грудь. Вдувает воздух мальчику в рот. Кто-то сдавленно повторяет: «Давай, давай» – то ли я, то ли Массимо. Или это мои мысли вырываются в атмосферу, превращаясь в слова? Какие густые волоски у Массимо на тыльной стороне кистей. Крепкие, сильные пальцы мнут слабенькую грудку Сандро, желая вернуть его к жизни. Берил четким голосом, без обычной хрипотцы, считает интервалы, распоряжается. По воде скользит стрекоза, и я гадаю: неужели только это – радуга цветов, сверкающая на солнце, – и останется в памяти от того момента, когда умирал мой сын?
И вдруг очень тихий звук от Сандро. Настолько слабый, что непонятно, Сандро ли его издал, или это лопнул пузырь ужаса, сжимавший мою грудь. Потом резкое движение, голова мальчика дернулась вверх, и на грудь и брюки Массимо хлынули потоки рвоты. Муж не пошевелился, не отшатнулся. Просто поник плечами.
– Слава богу. Слава богу.
Сандро открыл глаза:
– Мама?
Я сделала вдох. Легкие жадно втягивали воздух, как будто раньше бронхи погрузились в зимнюю спячку, а я и не заметила.
– Мама здесь, зайка. Ты упал в бассейн. Но папа тебя спас. Теперь все хорошо.
Издалека донесся вой сирены.
Сандро несколько раз моргнул, щурясь. Потом сорванным голосом прохрипел:
– Я не упал, мама. Я пытался плавать, чтобы порадовать папу.
Последние дни отпуска ничуть не напоминали ту медвежью яму с острыми кольями, которая возникла вначале. Массимо проявлял такую трогательную нежность к Сандро, что у меня щипало в глазах каждый раз, когда я видела их вместе. Деверь всегда был человеком деятельным и непоседливым, что в бассейне, что в магазинах или в саду в поисках базилика и розмарина на обед. Только теперь он стал не королем бильярда, а чемпионом турниров «Уно», любимой игры Сандро. И Франческа, и Сэм заявили, что это «глупости для малышей», но вскоре стали настойчиво проситься к ним, привлеченные тем, что в руках у Массимо все горит, а вокруг веселый галдеж и праздник.
Сандро после того, как едва не утонул, стал похож на распускающийся цветок, который снимают замедленной съемкой: тугой бутон, постепенно раскрывающий защитные слои, обнажая яркие лепестки внутри.
Я подтолкнула Лару, загоравшую на соседнем шезлонге:
– Смотри-ка, а из этого ужаса вышло что-то хорошее, – и показала на личико Сандро, сияющее от удовольствия, когда он шлепнул на стол последнюю карточку.
Она кивнула.
– Думаю, это был урок для всех нас. Мальчик у меня тихий, и мы даже не поняли, как много он впитывает из наших разговоров. И, сами того не желая, заставили его считать себя неудачником. Массимо очень огорчен, потому что чувствует свою ответственность.
Нет, ну до чего же Лара щедра духом, если даже не считает нужным играть в игру «кто виноват». Надеюсь, и я не из тех дамочек, кто будит мужа среди ночи, чтобы еще раз вдвоем пережить ужас едва не случившегося, и заканчивает душераздирающую сцену фразой: «И в этом был бы виноват ты!» Сама я все еще просыпалась посреди ночи, и в памяти то и дело всплывал образ Сандро, в неестественной позе лежащего у бассейна.
Бог знает, какие эмоции и образы вертелись бесконечным кругом в сознании родителей мальчика, но Лара продолжала хвалить мужа за сноровку:
– Слава богу, он быстро сообразил. Я-то просто превратилась в желе. Не знаю, хватило бы у меня сил вытащить Сандро.
– Не стоит себя недооценивать. Разумеется, хватило бы, не окажись Массимо рядом, – возразила я.
– Совсем не уверена. Я бы скорее окончательно расклеилась. Слава богу, узнать так и не пришлось. В любом случае отчасти в случившемся есть и моя вина. Надо было настойчивее повторять Сандро, чтобы он держался от бассейна подальше, когда вокруг нет взрослых. Но, поскольку он до смерти боится воды, мне и в голову не пришло, что без меня он хотя бы приблизится к ней, – она заговорила громче, расстроенная воспоминаниями.
Массимо бросил карты и, схватив руку Сандро, поднял над головой:
– Официально объявляю тебя чемпионом замка Лимонайя!
Мальчик расплылся в широкой улыбке.
Затем Массимо опустился на колени рядом с Ларой и взял ее за руку.
– Все хорошо, дорогая? Не окажешь ли мне честь прогуляться по саду? Мэгги, не присмотришь пока за Сандро?
Лара колебалась.
