Лагерь чужаков расположился на обширной поляне. Выбрали её, скорее всего, из-за наличия бойкого родника и отсутствия зарослей кустарника. Это позволяло, как предположил Греф, не опасаться за самое уязвимое место 'транспортного средства' - кожистые крылья. Плотные накидки закрывали глаза этих необычных животных, тем самым не давая им подняться в небеса. Дополнительной страховкой служили поводки из блестящих и неожиданно тонких цепей, один конец которых крепился к забитому в почву штырю, а второй заканчивался кольцом, продетым в огромные ноздри. Крылатым зверям не оставалось ничего другого как отдыхать, временами оглашая округу своим противным голосом.
Их хозяев Греф поначалу принял за людей. Две руки, две ноги, голова - всё как у представителей рода homo sapiens. Необычно стройны все, но и только. Но это вполне может быть результатом повального увлечения культом собственного тела. Ночь и дождь мешали сразу рассмотреть более мелкие детали, а потому первую значимую деталь чужаков удалось узнать благодаря усилившейся чувствительности: все они были носители магии. Вот только большая часть пришельцев ощущалась едва-едва, а примерно десяток, или чуть больше, на этом фоне выглядели яркими факелами. И пользовались своими способностями эти избранники судьбы весьма охотно. Чем ещё кроме магии можно было объяснить ярко пылающие костры и совершенно сухие туши крылатых созданий. Да и одежды чужаков мокрыми не выглядели.
Именно яркие языки пламени позволили Грефу заметить главное отличие пришельцев от людей - удлинённые и заострённые уши. Потом проявились и отличия уже между самыми чужаками. Носители магии были темнокожи и обладали яркими светлыми волосами, напоминающими по цвету золото. Их прислуга и охрана отличались куда более светлой кожей, тёмными волосами и чуть более низким ростом. Последняя деталь, впрочем, была почти незаметна. Одежда и оружие хозяев отличалась богатством и индивидуальностью, в то время как у более светлокожих чужаков царила изящная простота и единообразие.
Охрану пришельцы выставили грамотно и несли исправно. Не было здесь видно той небрежности, которая позволила Грефу навести столько шороха на ночёвке местных каннибалов. Помимо бдительных часовых, ощущались и незримые магические потоки по всему периметру лагеря. Они были едва различимы, но всё же присутствовали. Греф сначала удивился этой детали, но потом вспомнил ритуал в исполнении Глатака. Если тогда ему удалось ощутить магию в деревьях, то разве стоит удивляться, что вражеские маги что-то сотворили для своей безопасности. Вот только означало сие открытие то, что умение и знание чужаков в этом аспекте местной реальности куда больше, чем у людских шаманов. Ну и ещё практичней, что ли.
Чем дольше наблюдал Греф за вражеским лагерем, тем сильнее его мучил червяк сомнений и подозрений. Что-то было не так во всём этом. Организованная по всем правилам охрана ночного привала, которую несли вышколенные и отлично вооруженные светлокожие воины, слабо вязалась с расслабленным поведением темнокожих магов. Если это военный поход, пусть даже карательная акция, то почему эти обладатели золотых шевелюр позволяют себе выпивать, закусывать и вообще вести себя так, словно они и не находятся вовсе на вражеской территории? Они настолько уверенны в своих солдатах и собственных силах? Или за многие поколения им подобные сумели так запугать обитателей местных лесов, что теперь и не воспринимают их всерьёз?
С удивлением Греф отметил, что среди отдыхающих не только мужчины, но и женщины. Походная, пусть и богатая, одежда, всеобщая стройность и длинные причёски поначалу ввели оборотня в заблуждение. Но по мере того, как воздействие горячительных напитков начало усиливать своё влияние, отдыхающие стали допускать некоторые вольности в общении. Вот тут то и заметил укрытый ночью и дождём тайный соглядатай, что у некоторых магов имеются в наличии такой отличительный признак, как женская грудь. И червяк сомнений принялся за своё дело с новыми силами. В том, что женщины могут служить в военных формированиях, никакого чуда бывший землянин не увидел. Но вот вольности, которые допускали в общении сослуживцы, явно принадлежащие к офицерскому составу, мягко выражаясь, удивляли. За подобные вещи, да ещё и на глазах у младшего состава, в земных армиях запросто можно было бы угодить под трибунал.
В конце-концов гуляки всё же отправились отдыхать в разбитые возле костров приличного вида палатки. До рассвета оставалось не так уж и много времени, а потому и оборотень потихоньку и незаметно удалился вглубь леса, чтобы покемарить где-нибудь пару часов. С первыми лучами солнца он намеревался вернуться на свой наблюдательный пост, чтобы продолжить изучение этого врага и, если получиться, понять его дальнейшие планы.
